Орвис замер, сидя на своей ступеньке. Каштановые волосы Кайри неистово трепал ветер, она излучала уверенность и силу. Он не мог оторвать от нее глаз, наблюдал за каждым ее движением, следил за ее руками, губами, глазами. Она казалась ему такой красивой сейчас: худая фигурка на фоне тысячи голов. Такая смелая и живая. Настоящая.
Вот бы подойти к ней сейчас и обнять, заслонив от толпы и ветра.
И тут он понял, что испытывает к ней. Это было чувство, которое едва зародилось с самой первой минуты их знакомства, когда он подал ей руку и взглянул в ее серые глаза. Оно не дало ему отпустить ее из замка, но тогда Орвис его не опознал. С каждым новым переломным моментом чувство крепло все больше, росло и поглощало его. Оно заставило его отказаться от прошлого, вернуться домой, пытаться стать лучше. Удивительное, невероятное, новое, чего он не испытывал раньше ни к кому другому.
Очнись.
Внезапно невидимый импульс заставил Орвиса встрепенуться. Его охватила странная тревога, подступившая к горлу, будто тошнота. Хищники вроде него знают, что это чувство не возникает просто так. Сара резко поднял голову и оглянулся, скользя взглядом по головам.
Он увидел его: темный капюшон, нос и рот замотаны платком. Он мало чем выделялся на фоне других, потому что многие закрывали головы о ветра, но голубые глаза выдавали его: каменный взгляд убийцы, направленный на Кайри.
Орвис сам не осознал, как оказался рядом с Кайри на сцене. Он понимал только одно: он должен защитить ее. Взгляд голубых глаз переместился на него и показался ему смутно знакомым. В это время Кайри слегка тронула его за предплечье.
– Орвис?
Он отвлекся всего на мгновенье, и парень пропал. Орвис метр за метром прочесывал взглядом толпу, но не мог вычислить его. Он должен был оставаться на сцене до тех пор, пока не отыщет его.
– Кайри, – выдохнул он. – Я прошу слова.
Она застыла на месте, а в толпе поднялась волна шепота. Орвис понимал, как глупо выглядит сейчас, но ему было все равно.
– Уходи, Изгой, не встревай! – крикнули ему из толпы.
– Верно, не лезь не в свое дело! А ну, прочь оттуда! – подержали другие.
– Нет, пусть он скажет! – возразил им кто-то, на него шикнули сразу несколько голосов.
– Пускай скажет! Это же он нам рассказывал об Известном пределе. Давай, Изгой, говори!
– Пусть Кайри решает! – сообразил кто-то и его тоже поддержали.
Поднялся шум, и до его ушей то и дело долетали гневные и одобрительные выкрики. Появление «Беркута» частично вернуло веру в его идеалы и теперь у него снова появились доброжелатели. Но сейчас ему было плевать: он терпеливо ждал, обратившись в слух и зрение, и все яснее чувствовал, что убийца близко. Он бросил взгляд на Фархама, Гаарода и Дерена, но те не выглядели встревоженными.
– Что ты делаешь? – нахмурившись, прошептала Кайри.
– Делай, как я говорю, – сквозь зубы прошипел он, не сводя глаз с толпы.
Кажется, она его поняла. Кайри снова подняла руку и усмирила расшумевшуюся толпу.
– Хорошо. Говори, – она произнесла эти слова властно и четко, и он понял: она возмущена и очень злится. Но снова решила довериться ему, и он был благодарен, что она не усложняет ему работу.
– Кайри, народ Рипербаха очень благодарен тебе…, что ты решила остаться ради того, чтобы помочь нам. Мы все это ценим и постараемся оправдать… Наступают сложные времена, и мы будем поддерживать все твои решения…
Он тараторил, не обращая внимания на смысл своих слов, отвлекал внимание толпы на себя, усыплял бдительность убийцы, а сам в это время выслеживал его. Кровь стучала в ушах. Кое-где раздавались редкие хлопки. Острое зрение уловило, что кто-то сдвинулся поближе к краю сцены, откуда можно было нанести более точный удар. Но тут все испортила сама Кайри, прервав его бессвязный поток красноречия:
– Довольно. Мне приятно слышать эти слова, и я…
Нервы словно вытянулись в струну, волна холодного страха окатила его с ног до головы. Он понял, что убийца воспользуется этой суматохой, и если он и нанесет удар, то сейчас! Орвис почувствовал, как каменеют мышцы. Вон он: темный капюшон, голубые глаза, правая рука в поднята, между пальцев блестит что-то острое. У Орвиса была лишь секунда, но он точно знал, что ему делать. Он шагнул к Кайри и обнял ее, заслоняя собой.
– Орвис! – возмущенно выдохнула она, но он стиснул зубы коснулся губами ее уха:
– Держись!
Он услышал свист тонкой стали, прорезавшей осенний воздух, а затем почувствовал удар в спину, взрывную волну холода и запах ее волос. А дальше стало темно.
23
– Держись!
Орвис прижал Кайри к себе так крепко, что стало трудно дышать. Она ощутила волну его тревоги и через секунду грубый толчок заставил ее сделать шаг назад. Орвис глухо застонал, хватка его ослабла, голова безвольно упала ей на плечо. На нее навалилась вся тяжесть его тела. Кайри попыталась удержать его, но не сумела и опустилась вместе с ним на колени. Она почувствовала на руке что-то мокрое и липкое: кровь! Справа от позвоночника между ребер Орвиса поблескивало тонкое дугообразное лезвие маленького кинжала. Кайри поспешно взглянула в лицо Орвиса: с него сошла вся краска. Страх сдавил грудь.