– Ливел пожелал помочь нам? Почему? – спросила Кайри.
– Потому что Ливел знает многое об Известном пределе и о тебе, – совершенно серьезно объявил Сотто. Его специфичная внешность не делала его красавцем, но он точно знал, как себя подать.
– Считай наш визит своеобразным способом Королевы Айвены сказать, что она симпатизирует тебе.
– Ради этого она пошла на такой риск? Но зачем? – не понимала Кайри. – Ведь вихерны не трогают вас.
– Наивно полагать, что так будет всегда. Сегодня мы убедились, что в одиночку никому не выстоять против такого противника, поэтому мы хотим присоединиться к тебе. Когда до нас дошли новости о твоем прибытии в Рипербах, мы сразу решили, что сделаем все, чтобы оказаться в числе твоих союзников. Мы хотим предложить вам объединиться против общего врага, – улыбнулся Сотто, и Дерен смерил его подозрительным взглядом. – Моя Королева любезно приглашает тебя в Чайн-Си, чтобы обсудить этот союз. Что ты скажешь на это?
– Мы благодарны за помощь Ливела, Сотто, – отозвалась некриска. – Но я не компетентна решать подобные вопросы, и боюсь, что Королева не захочет принять чужую помощь.
– Королева Айвена, наша мудрая правительница, ждет согласия не Шеры, а твоего. Позиция Ливела проста: наш мир в большой опасности, поэтому необходимо забыть старые обиды. Думаю, ты согласна со мной.
Кайри кивнула. Сотто говорил в присутствии Дерена и Вихря, которые были приближенными Шеры, но это его не смущало.
– Я буду рада, если мы обретем такого союзника, как Ливел. Я знаю, что необходимо принять меры, – добавила Кайри. – И побыстрее.
– Лучше начать сейчас, – сказал сара. – Похоже, скоро наша вражда прекратится, не правда ли? – Спросил Сотто у Дерена. Тот секунду колебался, потому неуверенно протянул руку командиру Ливела. Секунду спустя руку Сотто пожал сам генерал Вержак.
– Что ж, – улыбнулась Кайри, наблюдавшая за тем, как был заключен мир между двумя армиями. – А теперь осталось примирить ваших правителей.
26
Орвис стиснул зубы, превозмогая боль, пока врач-наавин в очередной раз менял бинты. Рана доставляла ему уже меньше беспокойства, но все равно постоянно напоминала о себе.
– Лекарства Известного предела удивительно хорошо действуют. Рана затягивается очень быстро, – ободряюще сказал ему наавин, сматывая старый бинт. – Скоро мы отправим тебя домой, но только при условии, что ты будешь терпеливее.
Орвис коротко кивнул, и наавин покинул маленькую больничную палату, прикрыв за собой дверь. Сара осторожно вздохнул и прислонился спиной к холодной спинке кровати, чтобы хоть немного унять пульсирующую боль. Ему было невыносимо сидеть в этих четырех стенах, оторванным от внешнего мира, поэтому он терпел любые процедуры, лишь бы ускорить процесс выздоровления и вырваться в Аддон хоть ненадолго. Там он мог бы узнать хоть какие-нибудь новости, а здесь оставалось только гадать, что сейчас происходит в Дравоке.
Он постоянно внушал себе, что она жива и здорова. Злясь на самого себя за несвойственную ему сентиментальность, Орвис представлял себе сцену их встречи. Без Кайри он чувствовал себя неполноценным, будто какая-то его часть улетела вместе с ней. Только после ее отъезда он осознал, насколько сильно привязался к ней. Они не расставались с самой первой встречи, и он привык, что она всегда рядом. Однако пришло время, когда она могла действовать без него. Взять хотя бы тот день, когда она спасла его от смерти, сделав его первым человеком, пережившим отравление лорией.
В дверь громко постучали, и сара вскинул голову, откидывая отросшие волосы со лба. В комнату неслышно шагнул похожий на белого ворона Фархам. Он прикрыл за собой дверь и замер на пороге, глядя на Орвиса так, словно тот уже приставил к его горлу нож.
– Не ждал, что ты придешь, – вместо приветствия произнес Орвис. – Какими судьбами?
– Зашел узнать, как ты. Врач, которого я поймал в коридоре, сказал, что ты идешь на поправку, – глухо отозвался Фархам и сел на табурет. Оказавшись ниже головы Орвиса, соларемец как-то сразу потерял свой загадочный вид опасного и хладнокровного убийцы.
– Со мной все нормально, Фархам, не стоило даже беспокоиться, – равнодушно отозвался сара. – Но все равно спасибо, хоть я и понимаю, что ты не за этим пришел.
Фархам тихонько хмыкнул, и Орвис сразу понял, что прав. Ему и не нужна была жалость бывшего друга. Они никогда не считали необходимым врать друг другу.
– Ты всегда зришь в корень, – кивнул соларемец. – У меня к тебе есть очень серьезный разговор, который дальше откладывать нельзя.