Голос Кайри срезал давящую тишину.
– Может, кто-то был ранен?
– Да в порядке он, – легкомысленно произнес Орвис, но Кайри его уверенность не убедила. Тревожно косясь на отпечаток на стене, она упрямо спросила:
– Почему ты так в этом уверен? Откуда тебе знать?
– Поверь, я знаю, – растянув губы в нехорошей улыбке, сара вытянул руку. Отпечаток полностью совпадал с его ладонью, и Кайри перестала спрашивать.
По рукам и спине будто снова текла кровь, в ушах еще звучал его приговор. Окровавленный, ослабший после пыток, он шел прочь из своего королевства. Преступник, чье чувство вины наказывало его сильнее, чем все удары кнута. Он не знал, сколько людей умерло из-за него, просто не мог думать об этом. Он помнил только некоторых: тех, кого он любил и кто любил его. Рэми… Этот след – такой же шрам, как и на его спине, и он также причиняет ему боль. Здесь дал себе минуту на отчаяние и на слезы, на осознание тот факта, что его жизнь потеряна. А затем пошел дальше, чтобы выжить и вернуться, но уже с Кайри.
В гневе он размахнулся и остриями когтей резанул по грязной паутине. Та раздвоилась, и лоскуты расползлись по сторонам. Орвис повернулся к Кайри и увидел ее бледное лицо с испуганными, взирающими на него серыми глазами. Полагая, что неуместно что-то говорить, сара лишь махнул ей рукой. Спотыкаясь, Кайри неуверенным шагом последовала за ним.
Черные пограничные ворота возвышались над ними, как грозные стражи – старые, мощные и непоколебимые. Между створками не было даже узенькой щелочки, через которую просочился бы свет. Кайри приложила ладони к поверхности – металл был холоден. Орвис встал рядом и задумчиво изрек:
– А теперь нам нужно постучать.
Кайри не совсем поняла, что он имеет в виду, потому что тут можно было даже взорвать бомбу – металл не пропустил бы ни звука. Но по стене грота ползла старая ржавая цепь из толстых, с большой палец, звеньев. Ее спутник объяснил, что где-то над ними сооружен механизм, который соединяет цепь с огромным колоколом. Если постараться и посильнее дернуть цепь – механизм оживет.
Орвис схватился за цепь. Пустыня поубавила его силы, так что железные звенья показались ему очень тяжелыми. Он едва их не уронил, но справился и начал распутывать свернувшийся хвост. Кайри бросилась ему помогать, хотя от нее толку было едва ли. Когда цепь была размотана, они ухватились за звенья и в четыре руки начали тянуть. Цепь лениво закачалась, но на той стороне так и стояла мертвая тишина. Им пришлось изрядно попотеть, пока до них не донесся едва слышный звон.
– Одно хорошо: он еще работает, – обрадовался Орвис и налег на цепь с двойной силой, почти на ней повиснув. – Не останавливайся!
Взбивая ногами пыль и обливаясь потом, они все сильнее тянули, пока язык колокола не расшевелился и запел уверенно и весело, словно радуясь своему пробуждению. Гул стоял такой, что даже камни дрогнули. Такой шум не услышал бы только мертвый.
И тут Кайри вскрикнула: ворота открывались. Лучик дневного света лег на каменный пол, вытянулся в линию, и в гроте начало стремительно светлеть.
– Что там будет? – спросила она.
Глаза Орвиса вспыхнули, а вместо ответа он поймал Кайри за руку и завел себе за спину, заслоняя собой.
– Ничего хорошего, – предупредил он. – Стой за мной.
Она послушно кивнула. Дневной свет ослепил их. На той стороне раздался страшный звериный рык, от которого холодела кровь. Кто-то рвался к ним, дергался и царапал огромными когтями ворота.
– Уберите раджигаров! – раздалось с той стороны. Послышались возня, топот, крики и ругань. Кайри успела разглядеть массивное лохматое тело, прежде чем зверя оттащили от ворот.
У входа полукругом стояла дюжина мужчин, вооруженных так, словно все они прибыли из разных временных эпох. Кто-то держал в руках ружье, другие целились из пистолетов или угрожали когтями, как у Орвиса. Они напряженно глядели на пришедших, готовые к нападению. Никто не опустил оружия.
– Ты… – не удержавшись, брякнул какой-то изумленный охранник.
– Светлого Доброго Ока, – чуть заметно кивнув, мягким голосом произнес сара на родном языке. – Нам нужно увидеть Шеру.
– Прояви уважение к Ее Величеству! – с ноткой испуга перебил его один из охранников, стоящий с краю.
– О, так Шера все-таки стала королевой, – жестко усмехнулся Орвис, игнорируя замечание.
– Да, и приказ Королевы Шеры – не впускать тебя в Рипербах. Ты изгой и отбываешь наказание. Лучше уходи с миром, – невозмутимо сказал крупный и плечистый сара, ответственный за эту вахту.