Кайри поспешно шла дальше, пролет за пролетом, а мимо нее протекала тысячелетняя история правления сара-королей. Красивых и властных, окруженных семьями и одиноких, несущих в глазах вековую мудрость и испепеляющее безумие. Некоторые имена она помнила из книг, а какие-то видела впервые. Портреты стали иллюстрациями ее книг, добавив красок к восхитительным запахам страниц и шелесту бумаги.
«Дамарус Гайд. Последний правитель династии Гайдов. 913 – 984 гг.», – гласила надпись на массивной раме. Он умер совсем недавно, и его имя еще не появилось в библиотечных книгах. Девушка рассматривала лицо немолодого мужчины, гордо выпрямившего спину на фоне королевского стяга. В посеребренных сединой угольных волосах, собранных в хвост на затылке, в черных глазах и в тонком изгибе губ Кайри видела смутно знакомые ей черты.
Ее внимание отвлек семейный портрет, висящий несколькими ступенями ниже. «Последние представители рода Гайдов – правящей династии Рипербаха», – гласила надпись на золотой табличке. На троне с серьезным видом сидел Король Дамарус с короной на голове. Рядом с ним стояла его жена, Королева Нае, положившая руку плечо супруга. Женщина была значительно моложе его и очень красива: ясные зеленые глаза, безжалостно прямой нос, спадающий на плечи ливень русых волос. На нижней ступеньке рядом с матерью стоял мальчик лет двенадцати. Кайри сощурилась, придвинулась ближе к полотну и вздрогнула.
Она узнала Дерена, который подарил ей раджигара по имени Нерби, а потом поцеловал ее и ушел на войну. Зеленые глаза и светлые волосы – как у матери. Уже тогда появилась его фирменная озорная улыбка, служащая ему маской для сокрытия страха. Дерен был в белом, как и отец, но на его голове не было короны принца. Ее носил другой сын Дамаруса Гайда, мальчик постарше.
Он сдержанно, по-королевски, улыбался художнику и будущим зрителям. Обезоруживающая красота, тонкие черты лица, черные волосы и даже темные глаза были точь-в-точь как у Короля Дамаруса. Он сильно изменился с тех пор, этот мальчик: он стал выше, сильнее и еще красивее, но взгляд его ожесточился и наполнился болью и тьмой. Но Кайри все равно узнала его: последнего наследника династии Гайдов и первого врага государства.
16
Черный раджигар радостно завилял хвостом, увидев Кайри. Она не без опаски погладила зверя между ушей, смутно представляя себе, как будет сидеть на нем верхом. Позади нее доносился истошный скулеж: это Орвис открыл клетку с огромной белоснежной самкой раджигара. Она бросилась к нему и долго лизала в лицо, пока он нежно гладил ее шею.
– Это Енара. Старая подруга, – объяснил Орвис, видя удивленное лицо Кайри. – Мы встретились, когда она была еще щенком, да и я тоже. Приятно снова ее увидеть.
– Ты не говорил, что у тебя есть раджигар.
– Я думал, что ее забрали у меня, когда изгнали. Но пока ты спала, принесли письмо от Королевы: я могу ее взять для нашего похода.
И опять он не сказал правду. Раджигары стоили целое состояние, а белые раджигары были только у королевской семьи и вели свой род от знаменитого питомца Рилоса Гайда. Некриска незаметно глянула на рукоятку подаренного Орвисом ножа и увидела там символ зверя, про который успела забыть. «Какой же ты врун», – обиженно подумала она.
Вместе с тем Кайри вспомнила, как ласково разговаривал с Енарой Дерен. Несмотря на вражду с братом, он позаботился о его раджигарке. Она не стала рассказывать об этом Орвису, но поступок капитана вселял надежду, что эти двое еще способны на примирение.
– Ты обещал мне кое-что, – напомнила некриска, кивая в сторону Нерби, который беспокойно перетаптывался, ожидая, когда его тоже выпустят.
Орвис сделал извиняющийся поклон, отдал Енаре команду, и та немедленно упала на зад, смешно свесив длинный язык. Сара тем временем бесцеремонно открыл клетку с огромным черным зверем и отступил назад. Нерби и Кайри впервые оказались не разделены прутьями решетки. Зверь сделал уверенный шаг вперед, навострил острые уши и с ног до головы обнюхал новую хозяйку. У него были такие красивые и умные глаза! Кайри замерла на месте, боясь лишний раз пошевелиться. Орвис понаблюдал за этим какое-то время, а затем вздохнул и заговорил, но не с Кайри, а с ее новым другом.