Это длинное извлечение казалось нам необходимым для утверждения нашей системы; мы имеем надобность в заимствовании у артиста, у господина френологии, даже если бы мы с ним и не сходились.
Из этой цитаты явствует, что, по словам френологов, череп формируется на мозгу и что он заключает между двумя своими пластинками костный мозг – губчатую субстанцию.
И потом получается, чего мы наверное и ждали, что френология разделяет череп на три мира. Это, как видят, вошло совершенно в нашу систему, то есть в общую гармонию, которая управляет всей природой, а вслед за тем и всем человеческим телом. В одном только мы не согласны с френологом, который словами «Это еще не разум, но иногда более, чем разум» как будто неохотно дает нам его.
По нашему мнению, говоря френологически:
Чувства представляют божественный мир.
Разум – абстрактный или рассудочный.
Инстинкты – материальный.
Если смотреть на голову в профиль, повернутый на восток, исходную точку света, чувства, божественный мир занимает высшую часть головы, созерцающую небо.
Инстинкты занимают зад головы, близ позвоночного столба (который служит материальным или физическим страстям и находится в непосредственном сношении с ними), но несколько выше.
Разум занимает перед, и разумными невольниками имеет глаза, нос и рот, назначенные для принятия и выражения идей. Это опять-таки борьба Якина и Бохаса, уравновешиваемая свободной волей, волей, помещенной среди чувств, господствующей над всей головой. Это опять – треугольник.
Чувства, божественный мир, изображены сначала волей, потом благоговением или религией, снисходительностью, совестью, надеждой, страстью к чудесному, идеальностью, подражательностью, а гранича с линией инстинктов и сливаясь с ней в какой-то сладостной связи, – веселостью, самоуважением, одобрительностью и осторожностью.
Да позволено нам будет заметить здесь, что воля помещена на верхушке головы и господствует над всем телом, точно так же, как в хиромантии палец Сатурна – рок – превышает все другие. Таким образом, воля и судьба управляют существом; только воля, помещающаяся на высшей точке черепа, может заставить повиноваться судьбу, подобно тому как мозг приказывает руке.
Мы заметим еще, что она так предназначена быть руководительницей человека на земле, что представляющий ее орган помещен прежде благоговения (религии) и снисходительности (милосердия), которая после религии есть один из самых божественных даров на земле.
По нашему мнению, доктор Дюван совершенно ошибается, удивляясь в одной из своих статей, помещенной в журнале Френология, что снисходительность помещена среди чувств. Он хотел бы встретить ее среди инстинктов.
Но снисходительность – это милосердие, третья божественная добродетель; вера, надежда, милосердие изображены на черепе религией, надеждой и снисходительностью.
Разум, мир абстрактный, представлен на черепе козальностью и сравнением, основаниями истинной науки, потом памятью фактов, местности, времени, тонов, порядка, колорита, веса, форм, языка. То есть человеческой наукой, а следовательно, рассудком, силой сопротивления.
Инстинкты, мир материальный, представлены страстью к приобретению, способностью отделения, страстью к разрушению, к битвам – дурные инстинкты, но полезные в борьбе, вознаграждаемые привязчивостью, оседлостью, страстью любить; это – деятельная сила.
Теперь да будет нам позволено повторить полное объяснение нашей системы, которую до сих пор мы не могли представить со всеми подробностями.
Мы сказали, что три находящихся в нас существа таким образом вдыхали звездный свет: мысль – глазами, волосами, ногами и руками; интеллектуальное тело – пупком и детородными частями, а тело материальное – дыхательным аппаратом, поищем теперь если не доказательств, то вероятностей.
Вероятность звездного вдыхания и выдыхания
С помощью магнетизма сомнамбулы, освободившись от мысли, видят в звездном свете, не глазами, но желудком и пупком. Посредством последнего дети привязаны к матери и через него получают питание; посредством него ребенок сообщается со звездным светом; кошмары, бесформенные фигуры, плавающие в звездном свете, являются нам во сне, когда сильное засорение тревожит пищеварительный аппарат, соединенный с общей симпатией и, по нашему мнению, звездное тело вдыхает и выдыхает пупком и детородными органами.
Мысль, будучи более совершенной, вдыхает свет руками, глазами, волосами, которые как будто нарочно имеют трубочку, долженствующую иметь цель, ибо природа ничего не творит напрасно.
«Ламбер, – говорит Бальзак, – шестилетний мальчик, лежа в большой колыбели возле постели матери, но не всегда сразу засыпая, видел, как электрические искры срывались с волос его матери, когда она их расчесывала».