Для хирогномонии достаточно секунды, одного взгляда, чтоб узнать, с кем имеют дело. Правда, для хиромантии нужно видеть открытую руку, но достаточно нескольких минут.
И это еще не все: в хиромантии, что кажется странным, ошибка невозможна.
Бугорки, линии помещены таким образом, что невозможно ошибиться. Малейшее уклонение, малейший разрез замечают с первого взгляда. Можно сравнивать, изучать легко и свободно, читать как по книге.
Во френологии не то.
Исключая трудности, о которых мы уже говорили, нужно, чтоб быть настоящим френологом, и я слышал это от самих адептов, иметь превосходное чувство осязания, называемое ими tactilite, которым Берод обладает в высокой степени; но не весь мир – Бероды, и часто случается людям, менее способным, принимать один орган за другой или выбирать между мочкой и излучиной, с которой та граничит, отчего происходят ошибки, которые могли бы компрометировать науку, если бы она в настоящее время не была неопровержимо доказана.
Все эти науки держатся и подкрепляются одна другой, но всем предлагает поддержку хирогномония, явно наиболее нужная в жизни.
Скажем теперь, что если френология затруднительна для упражнения в частностях, то бывает совершенно противное, когда исследуют общее; таким образом, высокий, широкий и выдающийся лоб всегда выражает разум; выпуклый верх головы – снисходительность и религию, если же она возвышается посередине, то выражает замкнутость и волю; развитый затылок головы выражает привязчивого человека, любящего свое отечество, детей, друзей и иногда любовниц; если же он плоский и не имеет важности – это признак некоторого эгоизма. Голова широкая у висков (выше ушей) должна внушать недоверие, ибо там находятся воровство, ложь и убийство или, когда развитие посредственно, жажда стяжания, скрытность, гнев. Эта форма черепа составляет принадлежность людей, о которых говорят, что они себе на уме.
Можно почти судить людей по форме шляп: шляпы длинноватые принадлежат людям знания, привязанности, широкие – людям себе на уме.
Конечно, понятно, что можно также иметь в одно и то же время длинную и широкую, круглую голову: что дает и науку и уменье жить.
Во всяком случае, широкая, повыше висков, голова выражает идеальность и страсть к чудесному.
Что касается лба, на котором очень легко читать, то, если он выпукл вверху, это – козальность и сравнение (философский ум); если выпукл в середине – историческое чутье, память фактов, если выпуклость внизу, над бровями – любовь к путешествиям; затем является, следуя за надбровной дугой, тупость, колорит, порядок и около виска – мера и тон, орган музыкальный.
Между бровями у корня носа – это орган индивидуальности или любопытства, ниже – образование или любовь к форме.
Выпуклые глаза непременно означают память слова.
Мы не имеем намерения, и это вовсе не было нашей целью, составлять курс френологии; однако мы пойдем далее.
Мы окончим эту статью размышлениями, полными правды, опять-таки принадлежащими доктору Каруцу, одному из наиболее известных исследователей боязливой Германии.
«Наиболее важные органы сдвигаются один к другому в передней части головы, и простые выражения: пустой лоб, полный лоб – уже указали на важность этих органов, прежде чем возник вопрос о физиогномии мозга. Галль из двадцати семи органов, которые он принял, насчитал на передней части головы пятнадцать, тогда как в середине он нашел девять, а сзади только два».
«Что касается выпуклостей, находящихся на границе глазных впадин и около висков, то их место около этих двух великих органов нашей духовной жизни: зрения и слуха – достаточно доказывает их психическую важность. Форма, пространство, колорит, порядок, счет суть следствия зрения.
Орган звуков находится на границе лба и равнины висков, выше порядка, и естественно связан с ухом.
Шишка осторожности также в соседстве с ним, ибо ухо есть орган боязни; животные, которые лучше слышат, наиболее скромны, тогда как те, которые лучше видят, наиболее смелы.
Широкая часть черепа была присваиваема этому органу, предназначенному пробуждать благоразумие и боязнь в дурном состоянии ума и призывать человека к осторожности. Боязливые люди имеют широкую голову на своде сзади ушей и ниже (народ называет головой коноплянки ту голову, которая не имеет органа благоразумия).
Галль поместил жестокость вверху ушей, потому что у свирепых животных мускулы челюстей придают ширину этой части черепа».
Действительно, в минуты гнева человек сжимает зубы, подобно свирепому животному, и заставляет тогда выдаваться мускулы.