Прежнее богатство заменяется бедностью; красота – безобразием; но прежняя чувственность, погубившая душу в первое ее существование, остается и теперь во всей силе; только теперь человек лишен возможности удовлетворять свои прихоти; и эта невозможность делается для него источником жестоких мучений; из повелителя он стал рабом; унижавший других, теперь сам презрен и унижен; он заставлял других страдать, теперь сам страдает.
Если он сумеет твердо вынести все мучения, преодолеть все препятствия, если он с торжеством выйдет из борьбы со своими инстинктами, дух его, после земной смерти, стремится к дорогому ему созвездию и наконец достигает его.
Но если и во второй раз он падет, он снова возвращается на землю, осужденный со дня своего рождения на физические страдания; это человек, расположенный к чахотке, увечный или идиот, бессильный, ежечасно умирающий, он уже не способен испытывать какие-либо страсти и стремления и только, наконец, уже очищенный безмерным страданием, возвращается к своему созвездию; поэтому-то идиоты у арабов и кретины в Швейцарии пользуются особенным уважением, как существа, отмеченные перстом Божьим [8] .
Возвращаясь на землю, душа сохраняет смутные воспоминания о своих прежних страданиях; в ней остаются какие-то предчувствия зла и невольное отвращение к тем гибельным страстям, которые увлекали ее в первое существование на земле.
Природа оставляет ей свободную волю, но в то же время дает ей поддержку, особенную восприимчивость к божественным внушениям и стремление повиноваться им.
Душа, как искра божества, покинувшая небо, должна снова возвратиться в небо.
Таким образом, древние маги объясняли неравенство жизненных условий для разных личностей, – неравенство, которое кажется нам несправедливостью. И эта доктрина имеет высокий нравственный смысл.
Человек богатый, но злой и несправедливый, должен ждать возмездия по делам своим; человек, удрученный страданиями, видит в своей страдальческой жизни искупление и уповает на лучшую участь, сожалея о своих мучителях, обреченных испытать впоследствии его собственные муки; это упование на лучшее будущее придает страдальцу силы терпеливо переносить свои горести и мучения.
Вещество интеллектуальное (le corps sideral) относится к душе так же, как инстинкты относятся к нему самому; оно занимает середину между душой и телом. По мнению каббалистов, оно принимает мало-помалу форму того животного, которое более всего подходит к наклонностям человека и изменяет самые черты лица и походку, придавая человеку сходство с этим животным.
Мало того, каббалисты утверждают еще, что существо интеллектуальное (corps sideral) не всегда одного пола с материальным человеком, ибо часто замечается в людях некоторая степень гермафродизма: если мужчина поддается влиянию мелочных ощущений, он теряет свою мужественность и делается женщиной по своим вкусам, привычкам и действиям, то же бывает и с женщиной, когда она теряет свою женственность; это извращение своей природы ведет иногда к самым безобразным поступкам.
Этот самый гермафродизм, направленный разумно, производит благодетельные последствия; в мужчинах он пробуждает поэтические способности, сострадательность, преданность, женщине придает энергию, необходимую в добродетели.
Материальные излишества отражаются на организме интеллектуальном (corps sideral) и, следовательно, действуют и на мозг; таким образом объясняются нервные болезни, потому что тогда тело страдает от бессилия души.
Часто болезнь зарождается от материальных излишеств и наоборот, часто нравственное страдание – результат физической болезни.
Душа служит единственным отличием человека от животного, которые не лишены элемента интеллектуального (sideral); они также чувствуют влияние звездных лучей, как сомнамбулы, усыпленные гипнотизером.
Животные угадывают грозу, землетрясение и всякие великие катаклизмы в природе; они также предчувствуют сверхъестественные явления.
«Инстинкт, – говорит Кювье, – есть что-то вроде призрака, который неотступно следует за животным, и в центре их ощущений (sensoriufn commune), кажется, постоянно живут врожденные чувства и образы, которые управляют их действиями, как у человека минутное влечение иногда заставляет его действовать решительно».
Идиоты, действующие всегда под влиянием инстинктов, часто получают дар ясновидения; они часто рассказывают о том, что происходит в местах, очень отдаленных от них, как например, Франциск Синий Чулок, о котором говорит Нодье, и многие другие.