Еще большее препятствие вследствие их ширины представляют пальцы, имеющие форму лопаток.
В этом случае разум не только не вносит своих лучей, но над ним даже царит человеческое свойство, ибо материя дает ему преимущество над мыслью.
Между тем, когда пальцы (будут ли остроконечны, четырехугольны или в форме лопаток) не имеют узлов, – жидкость разливается беспрепятственно, подобно реке, протекающей по равнине, – и тогда впечатлительность всегда будет жива, только в различной степени.
«Пальцы, не имеющие узлов, – говорит д’Арпантеньи, – носят в себе семена искусств. Как бы определенна ни была цель, к которой заставляет стремиться их интерес, они всегда будут достигать ее, скорее посредством вдохновения, фантазии или чувства, чем посредством знания».
Прибавим теперь, что кроме различия инстинктов, как следствия различия в форме пальцев, большая или меньшая длина их также вносит изменения.
Короткие руки, в которых жидкость должна пробегать меньшее пространство, будут видеть только общее; длинные пальцы, через которые жидкость должна двигаться дальше, главным образом будут заниматься деталями.
И заметьте, что мы в нашей системе не расходимся с медициной, ибо Миллер в своей физиологии, говоря о быстроте распространения невесомой жидкости, прибавляет:
«Признают, как очень вероятное, что быстрота нервного действия изменяется по частям нервной системы или смотря по личности, как это доказывается результатами исследований, проведенных в общем собрании натуралистов в Гейдальберге: Тревиранусом и Николаи, директором мангеймской обсерватории».
Одного этого уже достаточно для доказательства большей или меньшей скорости всасывания невесомого начала, пропускаемого быстро или задерживаемого различными формами пальцев.
Таким образом, люди с остроконечными пальцами – поэты, артисты, люди способные к вдохновению и даже к прозрению; они – любители изящных искусств, им нравится красота и изящество формы.
В жизни всегда увлекаемые в романтическую сторону, они будут поэтами и артистами воображения и никогда не возьмут в проводники правду или природу. Они будут энтузиастами и, вечно желая и думая быть откровенными, они будут скрывать истину.
Одним словом, они не будут жить подлинной жизнью.
Люди с гладкими четырехугольными пальцами склонны к нравственным, политическим, социальным и философским наукам. Вследствие гладкости пальцев, они любят искусства, но искусства, основанные на природе и правде, а не на воображении; они любят литературную форму: ритм, симметрию и отделку; их взгляд скорее правилен, чем обширен; их гений деловой, – гений позитивных идей, – управляющий гений: но вследствие той же гладкости пальцев они способны и к вдохновению, только вдохновение это всегда сопровождается рассудком. Высшее проявление этого типа людей – люди сильные.
Люди, имеющие гладкие лопатообразные пальцы, любят вещи со стороны их полезности, с их вещественно чувствуемой стороны; в них есть инстинктивное понимание действительной жизни и господствующая потребность движения и деятельности, телесного возбуждения, перемены места и очень часто работы руками; они любят лошадей, собак, охоту, плавание, войну, земледелие, торговлю, счетоводство, механические искусства, администрацию, право, позитивизм.
Д’Арпантеньи говорит:
«Самонадеянность людей с лопатообразными пальцами безгранична; изобилие есть их цель. Они обладают инстинктами и в высшей степени чувством действительной жизни и посредством разума царят над этим миром материальных вещей и интересов. Обреченные на ручной труд и практическую деятельность, в действительности одаренные скорее активным, нежели нежным чувством, они в любви более постоянны, чем те, сердца которых полны поэзии, а влияние более чем обязанность и привычка есть прекрасная приманка юности и красоты» (последнее ошибочно).
Люди с гладкими пальцами будут иметь страсти, вдохновение, инстинкты; они будут любить и внесут движение в искусство, будет ли то музыка, живопись или литература; но работы их будут блистать больше ловкостью, чем задушевностью; они будут ловки в делах и эгоистичны.
Все эти люди с гладкими пальцами, какой бы то ни было формы, судят о людях и вещах по первому впечатлению, с первого взгляда; их первая идея – всегда лучшая (согласно с их способностями); размышление не дает им ничего; они чувствуют, они понимают посредством созерцания.