— Секс, говоришь, меня не интересует? — я повалил её на кровать. — Ну, тогда держись!
Понятно, думал я, лёжа рядом с утомлённой Анжелкой, голодной она была, вот и взбесилась. Почаще это надо. И себе кайф, и тёлка спокойней будет. Вон, растянулась и даже не сопит. Рожа довольная, глазки закрыты. Клёвая всё-таки у меня жена!
Я осторожно встал, сгрёб вещи с кровати и попытался запихать в шифоньер.
— Дорогой, я сама, — донеслось из-за спины.
И ни фига она не спала — балдела просто.
— И всё-таки я сегодня съезжу, проветрюсь. А ещё я хочу приготовить новое блюдо…
— Какое?
— О-о-о! Пальчики оближешь! Орешки нужны, чернослив и миндаль.
Я усмехнулся: во, через какое место ей мозги вправлять надо! Да и у самого в голове посветлело.
— Денег дать? На вот, — я выгреб из кармана скомканные сотенные купюры и протянул ей.
— Спасибо! — она взяла деньги. — А то у меня осталось всего сто баксов. А вдруг мне захочется что-то себе купить? Слушай! — продолжала она, торопливо одеваясь. — А давай купим… щенка!
— Не, после Цезаря не хочу собак.
— Но ты же любишь… Давай не ротвейлера, а, скажем, — она задумалась, — спаниеля. Они по двадцать лет живут. Или охотничью какую-нибудь.
— Говно. Недомерки.
Цезарь был классный. Настоящий мужик. Чужих в квартиру не пускал, а если войдёт кто из друзей, не выпускал, пока я не прикажу. Помню, в лес выехали на пикник, он трёх коз зарезал. Жалко, не баранов, на шашлык бы пошли. А с этой мелочью разве что кур травить.
— Ну, овчарку азиатскую, — сказала Анжелка, крася правый глаз и поглядывая на моё отражение в зеркале.
— Не надо. Заболеет ещё, издохнет, — я вздохнул.
Цезарь умер год назад. Семь лет ему было. Говорят, роторы больше десяти лет не живут. До сих пор жалко. Как будто кто-то из семьи умер. Малой родился, но разве заменит он Цезаря? Пока это орущий кусок мяса.
— Я готова! Ну, как я тебе?
Ну ни фига себе! Юбка едва булки прикрывает, майка белая в обтяжку, соски просвечивают. Два хвоста спереди, на голове — светлая кепка.
— Я б тебя сразу завалил, как увидел. Иди сюда.
— Не-е, потом, — она увернулась от протянутой руки и сбежала по лестнице.
Взревел мотор. Я выглянул в окно, провожая взглядом свой пыльный «Сабурбан».
Всё-таки права она. Скис я совсем. Надо будет выдернуть Макса с женой и в ресторан поехать. Или на пикник. Ещё лучше яхту взять и на пару часов в море забуриться. Брат говорил, что у него водолазные костюмы есть. Вообще класс! Поныряем, рыбы настреляем. Наша домработница потом её приготовит.
Жизнь налаживается! Вот, представил, и всего этого захотелось. Ещё вчера не хотелось ни фига. Значит, я не псих. Если и был психом, то вылечился. Больше не кажется, что кто-то следит. Старый стал, нервы расшатались. Что у нас завтра? Я посмотрел на календарь: суббота. Вот и хорошо.
Руки зачесались что-то сделать. Был бы пёс, прогулялись бы. Самому как-то в падлу. Надо будет купить щенка. Женщина может предать, собака не предаст никогда. Никогда мозги выедать не будет: «купи мне это, сделай так-то». Собака — настоящий друг.
Эх, зря с Анжелкой не поехал! Спустившись в кухню, достал из бара вискарь и приложился к горлышку. Бр-р-р! Горячо!
Прогулявшись к бухте, я решил было набрать Макса, как вдруг зазвонил телефон. Смотрю: номер незнакомый. Кто это?
— Да! — бросил я.
— Котик, — пробормотала какая-то женщина, всхлипнула, — ты можешь приехать?
Да это же Анжелка!
— Что случилось?
— Меня избили, — пролепетала она. — Сумку забрали, а там ключи от машины… и деньги все…
— Где? Кто?
— На рынке, на пятом километре… ы-ы-ы… хачики какие-то…
— Скоро буду. Что это за номер?
— Чужой, — всхлип, — я на Пятом километре, около стоянки, где овощной рынок. Возле туалета. Скорее приезжай! Я боюсь, вдруг они вернутся.
Вот суки! Ну, я вам устрою геноцид! Недолго думая, я позвонил Максу: гудки, гудки, гудки… трубку не берёт. Чёрт! Перезвонил ему: снова не берёт. Придётся самому разруливать. Ну, ничего, вам же хуже!
Перед тем, как вызвать такси, я вырвал из земли прут арматуры, перекинул из руки в руку. Суки, сделаю вам кирдык-арбуз, персиковое пюре и томатный сок. Да, и морда-фаршмак.
Заткнув пистолет за пояс и замотав арматурину в газету, я зашагал навстречу такси. Парня мы в последнее время вызывали одного и того же, он выучил дорогу. Да и вообще свой чувак, Толян. И тачка у него ничего так, УАЗ-патриот. Как раз для наших колдобин.
А вот и он. Я открыл дверцу, плюхнулся на сидение.
— Гони, брат, на Пятый. Срочно надо.