Наконец она спросила:
— Это я?
Тони прикусил губу, раздумывая, что ей ответить. В конце концов он сказал:
— Нет. Это не ты, это просто изображения, которые очень на тебя похожи.
— Изображения? Типа, это ты их нарисовал? Или сфотографировал?
— Нет, не я. Их рассчитал компьютер.
Миранда ткнула пальцем в его компьютер:
— Вот эта штука?
— Да нет, — ответил Тони. — Суперкомпьютер корпорации «Диджитал».
— Это фирма, в которой ты работал?
— Да.
— А зачем компьютер рисует… э-э, рассчитывает мои изображения? Знаешь, они не такие уж точные.
— Просто это не ты. Здесь все подряд. Я только сохранил некоторые, показавшиеся мне похожими на тебя.
Миранда, в сущности, не понимала, о чем идет речь. Тони явно неровно на нее дышал, но она и представить себе не могла, что дошло до такого. Она торопливо проверила, полностью ли одета. На ней все еще был пиджак Фердинанда.
— По-моему, это может быть одна из причин, почему они приходили к тебе домой.
— Кто-кто ко мне приходил?
— Ну, это могли быть люди из «Диджитал» или из «Сикрет сервис», или какие-то агенты Великих Магистров. Не могу сказать точно.
Все это было чересчур странно. Мелькнула Миранда, играющая на рояле.
— Великие Магистры? Это что, рэп-группа или…
— Нет, их две с половиной сотни, тех, кто на самом деле правит нашей страной, всем миром. Это заговор. Я о нем узнал, потому что прочитал об этом. Прочитал здесь, — Тони показал на экран, на котором Миранда как раз делала мостик. — Я прочитал так много об их тайнах, что теперь они хотят избавиться от нас.
Миранда кивнула, стараясь сохранять серьезное выражение лица.
— За-а-агово-о-ор, — протянула она, — а-а-а, — отнеся Тони наконец-то к категории безобидных психов.
— Ты умеешь хранить тайны?
— Да, думаю, да, — ответила Миранда, стараясь убрать из голоса всякую снисходительность. Ее беспокоило только одно — как бы успеть отсюда выбраться, прежде чем Тони начнет рассказывать, что все масоны в действительности пришельцы из другого мира.
— Эти изображения, то есть как они получены… я как бы поэтому и ушел из «Диджитал».
Миранда кивнула и улыбнулась, прекрасно зная — что бы там ни собирался объяснять Тони, до нее не дойдет ни единое слово.
— Это программа, которую я написал, когда там работал, — оседлав своего конька, Тони вдруг заговорил решительно и членораздельно. — Я назвал ее «ВСЕ 1.0». Небольшая программка, которая один раз загружается и начинает считать себе и считать, в двоичной системе. И на каждую единицу в массиве она выводит на экран черную точку, а на каждый ноль — белую. И так постепенно она пройдет через все варианты от совершенно белого экрана до совершенно черного. Ты уже поняла, что это значит.
Миранда смотрела намеренно пустым взглядом.
— Это значит, что все, что только может быть нарисовано точками на плоскости черно-белого экрана, появится на нем где-то в промежутке от сплошь белого экрана до сплошь черного. Все, что только может появиться на экране, рано или поздно на нем появится. Все-все.
— Вот почему ты назвал ее «ВСЕ», — отважилась Миранда, вроде бы что-то понимая.
— Ну да. Представь себе все что хочешь. Это может быть поверхность далеких планет, голые знаменитости, любая страница, когда-либо написанная и даже еще не написанная.
— Как те обезьянки за пишущими машинками.
— Точно, только здесь не бесконечная последовательность. Программа покажет каждую страницу «Гамлета», и каждую страницу «Гамлета-2: Он вернулся», и всех пьес, которые Шекспир забыл написать. Но хотя число не бесконечное, оно очень-очень большое. Количество вариантов от белого экрана до сплошь черного составляет… словом, если ты его напишешь, нули будут идти отсюда до Луны и обратно.