Но вместо привычного мгновенного реагирования команды на побудку, я увидел слабо шевелящуюся биомассу. Хотя, по правде говоря, я тоже не чувствовал себя бодрым. Возможно, тому виной короткие сутки на «Хищной». Тогда почему на меня сейчас смотрело вполне свежее и улыбающееся лицо девушки?
— Доброе утро, Ставр! Как спалось?
Не найдя в ее глазах и намека на попытку подколоть, повращал отлежанной рукой, продолжавшей покалывать сотнями иголочек.
— Да как тебе сказать? Бывало и лучше. Что здесь произошло? Подожди. Стражи, подъем!
Убедившись, что спящие потихоньку приходят в себя, мотая головой, словно после хорошей попойки, снова посмотрел на девушку.
— Точно не могу сказать, — пожала она плечами, — но мне кажется, виноваты цветы, — и кивнула в сторону злополучного куста.
Я обернулся. Вполне обычный зеленый куст был усыпанный множеством крупных, нежно-розовых бутонов.
— Я помню, что ночью здесь были цветы! И еще с зубами! — я с сомнением посмотрел на девушку, ожидая с ее стороны насмешливого ответа, что мне это все приснилось.
— Да, были. Но с первыми лучами солнца они закрылись. И, кстати, здесь, вокруг, много таких кустов.
— Они и вправду хотели меня… укусить?
— Думаю, да. Рыбки хочется! — грустно взглянув на реку, без перехода пожаловалась девушка и вздохнула. А затем посмотрела на меня и быстро протараторила: «Стражи не виноваты, что они уснули, их попросту вырубило. У меня подозрение, что эти ночные цветы, открываясь, усыпляют своим ароматом находящихся поблизости живых существ, а затем их съедают», — синие глаза девушки безмятежно смотрели на меня.
Она что, железная, ничего не боится? Или настолько глупая, что не осознает реальной угрозы, что нам удалось избежать. Хотя, именно с ее помощью!
— А ты почему не уснула?
— Не знаю. Может, это действует только на самцов? Ну, то есть, мужчин… животных?
— Поясни свою версию, — я проследил взглядом за шатающимися стражами, направляющимися к реке умываться.
— Ну, я считаю, что в данной пищевой цепочке участвуют только самцы, как не самая нужная часть индивидуумов в восстановлении популяции.
— Поясни, — слова девушки неприятно прошлись по самолюбию, но и заинтересовали.
— Самец исполнил свой долг, оплодотворил самку. Ну, а дальше, если ему не повезет, если он слишком слаб, то он не почувствует опасности, а не почувствует, значит — уснет, а если уснет, то на него могут напасть хищные цветы! Ну, а там, отобьется — не отобьется… Так что, если он позволил себя съесть, то не будет в дальнейшем передавать потомству слабые гены. А самка, она должна выносить продолжение своего рода, выкормить и научить всему. Ну, примерно так. Я думаю.
— О чем вы это там щебечете? — к нам подошел командор. При этом выражение его лица было озадаченное и смущенное. Я его понимал, Тилбот, пожалуй, впервые в жизни проспал свое дежурство.
Я коротко рассказал ему о ночном происшествии, а также о геройском поступке Лерой. Девушка засмущалась, а Тилбот с удивлением взглянул на нее и покачал головой.
— Пожалуй, по возвращении подниму вопрос у руководства о возможности включения в команду женщин. Думаю, мы их сильно недооцениваем.
Девушка довольно зарделась, а командор, нахмурившись, махнул рукой в сторону куста.
— Пойдем-ка посмотрим, что он из себя представляет. Врага нужно знать в лицо, а желательно еще и изнутри.
Сзади послышался громкий всплеск. Мы обернулись. Из воды, довольно пофыркивая, вынырнул Шейн. На берегу за ним наблюдали Трой и Клаус.
— Ребята, идите сюда! Вода очень теплая!
— Спасибо, мы пока подождем! — ответил ему Трой.
— Чего подождете?
— Посмотрим, съедят тебя водные хищники или нет!? — ответил Клаус.
Мы улыбнулись весельчакам, речка была неглубокая, и сквозь ее прозрачную воду было видно даже песчаное дно, и, увы, рыбы там не наблюдалось. Видимо, подумав об одном и том же, дружно вздохнули и вернулись к препарированию куста. Лерой принесла свой рюкзак с портативным анализатором, и вскоре мы уже знали, что у цветов на самом деле есть игольчатые зубы с тончайшей полостью внутри, напоминающие зубы ядовитой змеи. Через них куст впрыскивал в свою жертву аналог желудочного сока, отчего та начинала перевариваться заживо. Затем к ней тянулись полые, похожие на шланги отростки и, проколов кожу, высасывали ее содержимое.
— Да уж, жуткая смерть, — посерел лицом командор.
— Что-то мне и есть, уже расхотелось, — с трудом сглотнула девушка.
И в этот момент от реки раздался душераздирающий крик.
Глава 15. Настоящая еда