— Да, он решил остаться, — не моргнув глазом, ответил отец Лерой. — Я закажу кое-какое оборудование и тоже вскоре сюда вернусь! Нас с Гордоном ждут здесь великие открытия! — потрясая руками, воодушевленно выкрикнул ученый. И ведь, похоже, он в это верил!
— Ставр! — тихий шепот девушки у моего уха отодвинул на задний план все заботы и проблемы. — А ведь отец забыл предупредить скотника, что нового бычка нельзя резать! — В моем горле образовался ком, а сытный завтрак запросился наружу.
— Надеюсь, до этого не дойдет, — также тихо ответил я.
В этот момент наша лошадь споткнулась и, пронзительно заржав, остановилась. Беременная женщина тихо ругнулась и осторожно соскользнула с телеги, поддерживаемая мужем. Осмотрев с его помощью пострадавшую конечность кобылы, хмуро вынесла вердикт, что это перелом.
— Придется развеять бедную скотинку! — вопросительно посмотрел на нас отец Лерой. Девушка кивнула, бросив грустный взгляд на обреченную лошадь.
— А лечить, пожелав этого, вы не пробовали? — поинтересовался я у Вероники.
— Пробовали желать выздоровления, но что-то не выходит.
А я вспомнил, как Ёлки и Лерой возвращали потерянную энергию. Или это совсем другое? Я украдкой бросил взгляд на девушку, и, как мне показалось, она думала о том же самом, что и я. Затем нахмурила брови.
— Придется. Давай, пап! — понимающе переглянувшись с отцом, она стала чуть позади, и я один заметил, как расширились ее зрачки, и побледнело лицо. Лошадь исчезла, оставив после себя легкую дымку. С проезжающей мимо нас подводы послышались удивленные «охи» и тихий комментарий: «Ну и силен этот Доуни! Даром, что ученый!»
— Ну что, Вероника, сможете материализовать нам новую лошадь или папа попробует? — обратился я к женщине.
— Дайте ей отдохнуть! Совсем задергали! — хмуро проворчал ее супруг.
— Демиан, не вмешивайся, сама разберусь! — резко осадила мужа женщина.
Мы же понимающе переглянулись, поняв, откуда растут ноги матриархата. Когда женщина становится добытчиком в семье, тогда же она становится и ее главой.
— Да там делов-то! С телегами и то сложнее! — махнула она рукой.
— Но телеги нам тоже еще нужны, штуки три. И коней столько же. Тяжело имеющимся лошадям везти такой вес по ухабам и густой траве. — «Обрадовал» я женщину. — Справитесь?
Спустя минут десять у нашей подводы стояла близняшка покинувшей нас кобылы. Муж Вероники начал умело запрягать ее в телегу. Еще три мужчины с нашей подводы занялись новыми лошадьми.
— Так, вы все езжайте в голову колонны, а мы прокатимся и соберем с задних телег перегруз, — распорядился я, перелезая на пустую подводу.
Учёный и его дочь заняли вторую и третью. Затем Майкл Доуни двинулся к началу колонны, криком оповещая, чтобы облегчали чрезмерно забитые телеги, пересаживаясь на пустую. Мы же с Лерой направились в сторону хвоста процессии. Набрав людей, мы снова развернулись в начало колонны, когда впереди послышались вскрики, лошади встали, и мы услышали удивлённый голос отца Лерой:
— Матильда? А ты здесь откуда?
Глава 47. Незваный гость хуже татарина
Лерой
Едва услышав выкрик моего отца, мы со Ставросом сразу поняли, кто нам встретился. Взволнованно переглянувшись, поспешили вперед, подгоняя кобылу.
Попросив Ставроса задержать отца, так как он рвался поговорить с псевдо Матильдой, сама же пошла навстречу Ёлке.
За те несколько дней, что мы не видели ее, дочь «Хищной» изменилась. Сейчас на ней было не подобие одежды из травы и листьев, а вполне себе настоящая, из ткани. Но не облегающий тело комбинезон, как у меня и стражей, а удобные свободные, стянутые у щиколоток брюки и балахонистого кроя рубашка светло-серого цвета. На смуглом теле девушки эти вещи смотрелись слишком ярко, а еще в глаза бросилось то, что на одежде не было ни единого пятнышка. Наверняка, она ее себе визуализировала непосредственно перед встречей с нами. Вот только откуда она их скопировала? И вдруг в памяти всплыл похожий образ, такая же одежда на беременной женщине, едущей вместе с нами. Вполне ясно было, что эта опасная девушка очень хочет сойти за свою, влиться в коллектив.
Обратив внимание, какими масленым взглядом смотрят на нее мужчины, отозвала ее отойти подальше.
— Ёлка, что ты хочешь? Зачем ты здесь?
— Моя мать — планета! Где хочу, там и хожу! — с вызовом в голосе девушка подняла выше подбородок и упрямо поджала губы.