– Говори что хочешь, Джефферсон, мне все равно. Ладно, поболтали – и хватит.
Уинтер не сводил с нее глаз, выбирая идеальный момент. От времени зависел успех всего мероприятия. Амелия стала подниматься, и он тоже встал. Они задели друг друга руками, и ее сумка упала на пол. Уинтер наклонился, поднял ее и протянул Амелии. Она смотрела ему в глаза.
– Что ты задумал, Джефферсон?
– Случайно получилось.
– Нет, не случайно.
Она вырвала сумку у него из рук и стала шарить по отделениям. Засунув пальцы в маленький боковой карман, она расплылась в улыбке. Медленно вытащив руку и разжав кулак, она продемонстрировала ему его зажигалку.
– Ты ничего не потерял?
Амелия села и стала ее разбирать. Она внимательно разглядывала каждую запчасть и аккуратно раскладывала их на скамейке. Следящее устройство находилось в ватном шарике, пропитанном горючей жидкостью.
– Какой же ты предсказуемый! – заявила она, демонстрируя ему свою находку.
Уинтер посмотрел на все эти детали зажигалки на скамейке, а затем на Амелию. Следящее устройство она бросила на землю, растоптала его кроссовкой, встала и ушла не оборачиваясь. Через пятьдесят метров она повернула направо, а еще через десять и вовсе исчезла из виду. Уинтер собрал зажигалку, подошел к старичку, который все еще смотрел на реку, и попросил воспользоваться его мобильным телефоном. Тот принял его за сумасшедшего. Аналогичная реакция была и у следующих двух прохожих, к которым он обратился. Четвертой женщине он сказал, что он – сотрудник полиции в штатском, и она вытащила телефон из сумки и протянула его Уинтеру. Он набрал 911 и попросил оператора соединить его с Мендозой.
59
Обкуренный азиат в старой выцветшей футболке с группой Greatful Dead и длинной седой косичкой выглядел так, словно только что телепортировался из шестидесятых. Он работал в ночную смену за стойкой ресепшен в мотеле «Парадиз» и теперь, вытаращив глаза, смотрел, как помещение заполняется полицейскими. При этом ни на ком конкретно он старался не останавливаться. Еще десять секунд назад все было тихо и спокойно, и вот на его глазах мир превращался в ночной кошмар. На него было жалко смотреть.
Внутри было гораздо приятнее, чем можно было ожидать от двухзвездочного мотеля: на стойке стоял довольно современный компьютер, предметы мебели сочетались между собой, цветы, расставленные в зоне ресепшен, были живые и свежие. Рядом с монитором стоял держатель с визитками. Над бездарным рисунком пальмы шрифтом из бамбуковых палочек было написано «Мотель "Парадиз"». Под пальмой значился местный номер. Они находились в городе Беллефонт, в штате Филадельфия. «БМВ» домчал их из Нью-Йорка за три с четвертью часа вместо планируемых четырех.
Мендоза положила планшет на стойку и показала пальцем на экран:
– Видите красную мигающую точку? В каком номере она находится?
Азиат стоял, разинув рот, переводя глаза с Мендозы на Уинтера, с Уинтера на планшет, а с него – опять на Мендозу. Шестеро полицейских, которые тоже вошли внутрь, ушли на периферию его внимания.
– Все хорошо, – успокоил его Уинтер. – Это не арест. Как вас зовут?
– Марти.
– Марти, давайте для начала выключим звук у телевизора.
Марти повернулся и уставился на экран, где шло «Криминальное чтиво». На экране царствовал Сэмюэл Джексон – в праведном гневе и крутой до невозможности. Марти вышел из транса и выключил телевизор. Уинтер постучал по столу, чтобы вернуть его внимание к планшету.
– В каком номере она находится?
Марти подвинул к себе планшет и присмотрелся.
– Если я все верно понял, это или 107-я, или 117-я комната. Не знаю, какая именно, потому что они одна над другой. Подождите секунду, я кое-что проверю.
Он потянулся за мышкой, и экран его компьютера ожил. Пощелкав мышкой, он кивнул:
– Да, это номер 107. В 117-м никого нет.
– Под каким именем зарегистрировался клиент? – спросила Мендоза.
– Рен Файрстоун. Первая буква второго имени – Джей.
Она выразительно посмотрела на Уинтера.
– Мисс Файрстоун сейчас одна?
– Да, насколько я могу судить, – кивнул Марти.
Мендоза повернулась к своему коллеге, стоящему прямо за ее спиной:
– Мне нужно знать, что происходит в номере 107. Только тихо, понятно? Нельзя ее спугнуть.
Через пару минут он вернулся с лэптопом. Поставив его на стойку, он поднял крышку. Тепловые следы выглядели психоделично. Амелию символизировали теплые цвета спектра: красный, оранжевый, желтый, белый. Остальной экран был заполнен более холодными цветами: черным, голубым и фиолетовым.