Слова буквально опаляют жаром мои губы.
Я стону, потому что не могу выразить то, чего хочу, словами. Он переводит дыхание, как будто вдыхает мой стон. Другая его рука двигается к кромке моей рубашки, он стягивает её через мою голову. Сердце устремляется вверх вместе с материалом, который сейчас между нами, стремительный бег крови буквально покалывает мои губы, что раскрылись, встречая его рот. Он наклоняется, прикасаясь губами к моим губам, а потом ниже, касаясь пульсирующей вены на шее.
— Помнишь, я сказал тебе быть осторожной с тем, что ты у меня просишь, — произносит он, и его дыхание обдувает мою шею. Я откидываю голову назад и закрываю глаза, когда он прижимается своей грудью к моей, медленно толкая меня, побуждая лечь на спину.
Я чувствую холодные пуговицы рубашки чувствительной кожей живота. Медленно двигаюсь назад, и когда он следует за мной. Моё сердце парит. Он накрывает меня своим телом, и я чувствую, как его эрекция прижимается ко мне, когда он толкается бёдрами вперёд один раз. Руками он хватает меня за бедра и поднимает. Я оборачиваю ноги вокруг него, и он двигается вперёд, быстро, а затем его тело вдавливает меня в матрас, когда он устраивает нас по центру кровати.
Мои чувства потрескивают подобно электрическим разрядам, и я чувствую только Дэмиана. Я слышу только его. Он прикусывает кожу на моей шее. Я не ожидаю нежности и сладости. Дэмиан никогда не был нежным и сладким.
Я задыхаюсь, когда его пальцы сжимаются вокруг моих бёдер, собирая ткань. Он дёргает мои брюки, срывая их быстрее, чем я обычно надеваю их. Я откидываюсь назад, когда обе его руки опускаются ниже на мой живот, прямо на мои трусики.
Ритм моего сердцебиения меняется. Он переходит от быстрого к неравномерному. Дэмиан действительно собирается решить эту проблему. Он не снимает мои трусики, а вместо этого ползёт по мне. Его глаза чёрные, и я позволяю себе протянуть руку. Я чувствую, как его тело напряжено, и каждое движение говорит мне, что он серьёзен.
— Нам нужно прояснить одну вещь, — говорит он, и я перевожу дыхание. — Мы не говорим друг другу «я тебя люблю» и дерьмо подобное этому. В день, когда это начнётся, всё выйдет из-под контроля. Мы доверяем друг другу, — говорит он, и я слышу голод в его голосе, который отражается и на его лице.
Я киваю. Он прав.
Я делаю мелкий вдох.
Он опускает голову и целует меня прямо над правой грудью.
— Мы уважаем друг друга.
Его голос намного мягче, когда он целует меня прямо над левой грудью.
— Мы будем заниматься сексом.
Я краснею, но не свожу с него взгляда, когда он двигается, чтобы прижать свои губы прямо между моих грудей.
— И мы будем всегда… — он хватает мои трусики, и сердце взрывается у меня в груди. Когда он начинает стягивать материал по моим ногам, то заканчивает фразу: — всегда прикрывать спины друг друга.
Его рот оставляет горячий след на моём животе. Мурашки разбегаются по моей коже, и когда он поднимается, чтобы накрыть моё тело своим, я понимаю, что он всё ещё полностью одет.
Чёрт, он хорош.
Я действительно начинаю думать, что он может читать мои мысли, потому что улыбка расплывается на его лице, когда я лежу обнажённая перед ним, а он возвышается полностью одетый надо мной.
— Теперь, когда у меня есть ты там, где я хочу, — говорит он. Взгляд на его лице становиться абсолютно хищным, и это заставляет меня извиваться от удовольствия. — Что я буду делать с тобой?
Он облизывает губы, а я слежу за каждым движением его языка. Втягиваю воздух, и его взгляд падает на мой рот и затем опускается на грудь. Я собираюсь сгореть в огне только от того, как он смотрит на меня. Он видел меня голой раньше, но никогда этими глазами… этим взглядом, полным сексуального напряжения.
Наконец, он поднимает руку и начинает с моих губ. Он прижимает палец к моим губам, и я открываю рот, чувствуя вкус его кожи. Этот палец скользит по склону моего подбородка, по шее и дальше к впадине между моими грудями. Моё тело начинает дрожать от желания, страха больше нет.
Дэмиан продолжает медленно перемещать палец вниз по моему животу и останавливается, как только достигает места, где было пулевое ранение. Его ласка особо нежная на выпуклой коже. Затем он двигается на юг, и я закрываю глаза.
Я упоминала, что он хорош? Да? Ну, он хорош!
Внезапно он хватает мои бёдра, разводя ноги. Я полностью открыта для него, когда он нависает надо мной. Он наклоняется ко мне, и его дыхание устремляется к моему уху, он прикусывает мочку.
Его палец скользит в меня, и я не могу остановить вздох, который прорывается сквозь губы. Ккровь несётся по телу, вызывая тягучее желание и влагу между моих бедер. Тихий стон соскальзывает с моих губ.
Это хорошо. Это я могу сделать. Мне это нравится.
— Я хочу слышать больше этого, — рычит он мне на ухо, и моё тело содрогается под ним.
Он продолжает толкаться пальцем в меня, заставляя мои бёдра дёргаться и раскрываться ещё сильнее. Так же, как я хочу впиться ногтями в него, двигается он, оставляя меня дрожащим хаосом, потерявшейся в его прикосновениях.
Он начинает расстегивать рубашку, а затем оставляет меня лежать на кровати, обнажённой и задыхающейся. Я поднимаюсь на локти и собираюсь начать ясно мыслить, когда слышу разрыв фольги. Во рту у меня пересыхает. Я имею в виду, нет ни капли влаги. Мне кажется, что мой язык превратился в камень.
Он снимает рубашку, а затем сбрасывает джинсы, выходя из них. Я падаю обратно на кровать. Теперь я понимаю значение «хорошо одарённый». В нём всё твёрдое. Я имею в виду, всё!
Осмеливаюсь взглянуть ему в лицо. Он не спускает с меня взгляда, когда кровать прогибается под его весом. Я не понимала, как холодно мне было, пока его рука не касается моей ноги. Он широко раскрывает меня и ползёт вверх по моему телу.
Его рука ложиться на мой живот.
— Ты замёрзла, красавица, — шепчет он.
У меня чувственная перегрузка, когда он ложится на меня сверху, накрывая меня своим горячим телом. Он кладёт руки по обе стороны от моей головы, и тепло растекается по моему лицу.
— Мне придётся согреть тебя… снова.
Я выдаю ему дрожащую улыбку.
— Мне нравится, как это звучит, — шепчу я в ответ. Я не хочу разрушать этот момент. Воспоминания грозят прорваться, и это испортит всё.
Он прижимает губы к моему лбу, а затем поочередно к каждой моей щеке. И затем он опускает голову к моей шее, и я предоставляю ему свободный доступ к груди.
Сначала я чувствую укол потери. Как будто он указывает, что это всего лишь бессмысленный секс, не целуя меня в губы.
Но на самом деле так Дэмиан удаляет прикосновение другого человека с моего тела и заменяет его своим.
Этим всем… он исправляет меня.
Дэмиан целует мою грудь, а затем спрашивает:
— Ты уверена?
Уверена ли я?
Да!
Я уверена, что да.
Чёрт, я уверена, по крайней мере, на девяносто процентов.
— Угу, — бормочу я.
Он снова устраивает локти по обе стороны от моей головы и смотрит на меня. Наклоняет голову, а затем я чувствую, как его твёрдая длина прижимается к моему лону.
Всё моё тело неподвижно, и я чувствую страх, трепещущий в груди.
— Мне нужно услышать от тебя слово «да», — шепчет он.
Я киваю, и он ждёт.
Я облизываю губы и открываю рот, но ничего не выходит.
Это Дэмиан.
Я люблю Дэмиана.
Дэмиан никогда не причинит мне боли.
Я в безопасности.
— Да, — говорю я сквозь пересохшее горло, но слово чёткое.
Дэмиан приспосабливается ко мне, стараясь контролировать вес своего тела, и я могу его лучше видеть. И тогда я чувствую его лучше тоже. Он слегка качает бёдрами вперёд, и я сопротивляюсь желанию отодвинуться от него, как только головка его члена вдавливается в меня.