– Алмаз, костёр готов. – говорит Еврей.
– Ну что же, пора прощаться. – подхожу впритык к дилеру. – Живой ещё? Да, живучая скотина.
У него глаза еле открываются от потери крови, но стоит только его снять со стрел, побежит как заяц, хрен догонишь.
– Снимай, Горыныч. – отхожу чуть в сторону.
Горыныч ломает стрелы:
– Скрипач, помоги.
Они встают с двух сторон, берут за руки ублюдка и резко дёргают вперёд. Дилер валится на землю. Правильно, земля уже притягивает дилера в свои объятия.
Мольбы о пощаде на меня не работают. Я давно потерял человечность. Внутри меня лишь тьма и пустота.
Ублюдок ползёт к костру, не подозревая, что именно костёр, его пристанище.
Говорю последние слова, обхожу его, приставляю пушку ко лбу:
– Аминь! – раздаётся громкий выстрел.
Бездыханное тело кидаем в костёр и смотрим, как языки пламени сжирают смердящую плоть.
Это же не человек! Мусор, помои общества!
– Бутылку давай. – говорю Еврею.
Он достаёт из-за пазухи бутыль дорого коньяка, откупоривает, отпивает глоток, подходит к костру. Подливает в огонь.
Языки пламени беснуются, поглощают поганое тело в два раза быстрее.
Каждый по очереди проделываем своеобразный ритуал и идём к усадьбе, оставляя костёр догорать.
Промики на Качка и Занозу
EeWiTfYo
B_NddoFQ
11 глава
Софи
С вечера я не стала выходить на улицу, чтобы выкинуть ненавистные цветы. А вот утром взяла эту коробку, вместе с запиской, на которой было написано: «Моей Фиалке, с благодарностью», и вышла из подъезда. И несмотря на то что меня поджидает очередная незнакомая машина, выкинула цветы в мусорку.
Бабульки посмотрели на меня брезгливо. А плевать! Появилась броня! Мне уже не важно чужое осуждение или злые взгляды. Пусть вспомнят свою молодость и удивятся, какими они были оторвами. А я ничего предосудительного не делаю!
– Вот ты, конечно, коза! – ржёт очередной мужчина из пятёрки, выйдя из машины. – Мелко для тебя? – придуривается.
– Передай Алмазу, что мне ничего от него не нужно. – зло отвечаю. – И не нужно меня довозить, я сама могу дойти до работы. – как отчеканила.
Бесят уже своей настойчивостью и преследованием.
– Слышь, коза! В тачку не сядешь, посажу силой. – оборачиваюсь и оцениваю свои шансы на побег.
Его опасный взгляд не предвещает ничего хорошего. Лучше бы Миша приехал. Вздыхаю про себя.
А этот, он странный. Вроде внешность располагает, но есть в нём, что-то не от мира сего.
Взгляд маньяка, таких видно издалека. Хочется убежать и спрятаться.
– Ты кто вообще такой? – продолжаю злиться, скрещивая руки на груди.
– Ух ты, бля, цаца какая! – кажется, его настроение меняется не в лучшую сторону. – Считаю до трёх, и ты в тачке, или... – обходит меня со спины и встаёт напротив.
– Или? – задираю нос.
– А ты ничего такая, могу и позабавится. – блондин натягивает маньячную улыбку.
Угроза, исходящая от него, реальна! Сглатываю ком в горле, дёргаюсь с места и сажусь в машину.
– Вот так бы сразу. – подмигивает мне в зеркало заднего вида.
– Да пошёл ты! – отворачиваюсь к окну и всю дорогу смотрю только туда.
– Меня Гордей зовут, обращайся, если что. – лыбится в то же зеркало и тормозит возле клиники.
Вылетаю из машины, даже не осмотревшись по сторонам, а зря.
– Софи, здравствуй. Это кто тебя подвёз? – окрикивает меня Карина Сергеевна и подходит.
– Да, так, сосед по лестничной площадке. – если скажу, что один из пятёрки, то возникнет куча вопросов.
– Ясно, кстати, сегодня Кир заедет, хочет с тобой поговорить. У вас всё хорошо? – спрашивает невзначай.
Да откуда же мне знать? Мы ещё путём не общались с того злосчастного вечера.
– Да. – отвечаю спокойно, чтобы не вызывать подозрений.
На обеде заехал Кирилл, вызвал меня в коридор и сообщил, что ему надо уехать дня на два по работе.
Я даже не знаю, что чувствую в этот момент. Он обнимает меня, но вольности в клинике не позволительны, поэтому лишь целует в щёку и обещает скоро вернуться.
По сути, я остаюсь вообще без какой-либо защиты или поддержки, хотя от него и так в последнее время ничего такого не чувствую.
Остаток дня прошёл, как обычно, операции и заполнения историй. Никаких интересных случаев не было, всё прошло в штатном режиме.
Вечером я боялась выходить из клиники. Карина Сергеевна поймала меня возле дверей и предложила довести до дома.
Вот тут я ей была сказочно благодарна, так как на парковке уже увидела машину Гордея.
Когда мы выехали с парковки, я смотрела по зеркалам и выискивала глазами его машину. Но ничего подозрительного не заметила и расслабилась, в надежде, что за нами нет слежки.