– Ты мне не подходишь. Я боюсь тебя. – выдаю свои мысли.
– Когда родишь мне ребёнка, тогда мы вернёмся к этому разговору. – заявляет безапелляционно.
У меня чуть челюсть не отпала. Какой ребёнок, что за бред?
– Ты пьян? – пытаюсь понять ход его мыслей.
Алмаз смеётся и выкидывает окурок в окно:
– Я не пью больше положенного. Никогда не напиваюсь.
– Я не хочу ребёнка от бандита! – в ужасе отвечаю ему.
– Кто сказал, что я бандит? Считай меня санитаром города. – высокомерно произносит.
– А насилие — это тоже в медицинских целях? – практически высмеиваю его позицию.
– Могу извиниться, если тебе станет легче. Не сдержался. Твой аромат он сводит меня с ума. Я теряю контроль. Считай, это маленький шаг к нашей совместной жизни. А девственность, сама понимаешь, только мешает. – уверенный голос и ни капли раскаяния.
Я в ужасе от того, что творит в его голове. Странные мысли, странные рассуждения. И самое страшное, что Алмаз полностью уверен в том, что говорит.
Как мне сделать так, чтобы он нашёл другую жертву? Как отказаться и остаться в живых?
– Что будет, если я откажусь? – этот момент меня интересует больше всего.
– Начну с твоего отца. Он, кажется, электрик? Случайно сгорит на работе. Кирилл пропадёт, найдут его кости на окраине города. Продолжать? – запугивает и не понимает, что так делает только хуже.
– Я поняла. – цежу сквозь зубы.
Ненавижу! Ненавижу таких ублюдков, считающих себя пупами земли!
Больше ничего не хочу знать, даже голос его слышать противно. Гоню по трассе в такт своему сердцу.
Тахикардия за сотню точно, а на спидометре за сто пятьдесят. Скорость не кажется большой, лишь спидометр показывает настоящую картину.
Рука Алмаза ложится на моё бедро, и нога самопроизвольно вдавливает педаль газа.
– Тише, ничего запретного, привыкай к моим рукам. – мягко сжимает и поглаживает оголённую кожу.
Я не хочу принимать такую участь! Это не моя жизнь! Мне не нужен хозяин!
Я пытаюсь придумать хоть что-то. Но все мои потуги возвращаются к отцу. Мой отец не виноват, что я столкнулась не с теми людьми, не в том месте. Он должен жить.
Мне нужно время, чтобы осознать, принять и подумать, как вести себя дальше. Я должна что-то придумать.
Глаза слезятся не от обиды, а от того, что слежу за дорогой не мигая. Слизистая пересыхает, выдаёт влагу и красноту белка.
Мы подъезжаем к городу, а бедро, кажется, горит от его постоянных движений рукой. Он будто сдерживает себя, поднимаясь выше по бедру и останавливаясь довольно близко от трусиков, снова спускает руку ниже.
В этот момент он тяжело дышит, так, что я слышу его тяжёлое дыхание. Краем глаза вижу, как часто вздымается его грудная клетка.
Периодически поворачивается и долго разглядывает меня. Я осязаю его липкий взгляд кожей. Мурашками передёргивает всё тело. Напряжение запредельное. Пальцы вжимаются в руль добела, кажется, я не чувствую их.
Мы дышим с ним одним воздухом, его запах он не отталкивает. Если бы он был обычным мужчиной, без тараканов в голове. С обычными потребностями. Если бы ухаживал, окружал вниманием и располагал к себе. Я бы могла в такого влюбиться.
Но в Алмаза, беспринципного бандита, с ужасными мыслями и, в конце концов, изнасилованием, нет!
К дому мы подъезжаем уже в потёмках. Молча выхожу из машины и иду к подъезду. Слышу за спиной шаги Алмаза и резко разворачиваюсь:
– Не надо за мной ходить. Я хочу побыть одна.
– Прости, Фиалка, не получится. – протягивает ко мне руку и убирает выбившиеся пряди за ухо.
Что за дебильная привычка! Отдёргиваю голову.
– Мне правда нужно побыть одной. – выдыхаю устало.
– Сегодня не получится. Открывай дверь. – показывает на домофон.
Сглатываю ком в горле. Обида гложет. Отдыха не получится, а завтра операции.
Открываю дверь с психом. Иду вперёд, Алмаз следует за мной.
В квартире ведёт себя как хозяин. Осматривает каждую полочку, заглядывает в каждую комнату.
Я быстро беру полотенце и самую закрытую пижаму. Иду в ванную комнату и закрываюсь.
Здесь я могу выдохнуть на время. Привести мысли в порядок.
Долго моюсь, пока обдумываю своё дальнейшее поведение. Если не могу противостоять зверю, значит, нужно вызвать в нём негативные, отталкивающие эмоции.
Но резко меняться тоже нельзя. Он не дурак, поймёт, что делаю назло, и будет хуже. Значит, буду действовать по ситуации. Вызывать жалость, отвращение или бесить его.
Пусть поймёт, что я не подхожу ему. Что нашу идеальность он сам себе придумал. Тогда он сам откажется от меня и найдёт другую жертву или игрушку.