Специально не сушу волосы после душа. Пусть он увидит меня такой. Не накрашенной, не в самом лучшем виде.
Захожу на кухню. На столе стоят пакеты из ресторана. Алмаз курит в окно, стоя ко мне спиной.
– Ужинай и пойдём спать. – отдаёт приказ.
А я совсем неголодная после таких эмоциональных качель.
– Не хочу. Выпью кофе, пожалуй. – наверное, начинает работать самовнушение, и я автоматически начинаю его бесить.
– Кофе на ночь вредно. – выкидывает окурок в окно и поворачивается ко мне.
Оглядывает мой ужасный образ с восхищением в глазах. Такого я точно не ожидала.
Старая поношенная пижама, состоящая из рубашки и штанов, его привлекла? Или взъерошенные, не расчёсанные, мокрые волосы? Не понять мне его никогда!
Он подходит ко мне очень близко, кладёт ладони на талию. Я замираю, почти не дышу. Зарывается носом в мокрые волосы и глубоко вдыхает.
– Невероятная. Твой запах стал ещё сильнее, ещё привлекательнее. – сжимает мою талию сильнее, сдерживаясь от дальнейших действий.
Напряжение возрастает с новой силой. Ему ничего не стоит не сдержаться и снова изнасиловать, а потом извиниться как ни в чём не бывало.
– Кофе. – напоминаю, чтобы вывести его из этого состояния.
– Витаминный коктейль в пакете. Буду следить за твоим здоровьем. – говорит шёпотом и уходит из кухни.
Наливаю кофе. И плевать я хотела на его заскоки. Присаживаюсь за стол, отодвигаю пакеты дальше от себя.
В этот момент Алмаз заходит на кухню полуголый, в одних спортивках. Подношу к губам чашку, но он тут же отбирает и выливает в раковину.
– Не шути со мной! – с размаху кидает чашку в раковину и разбивает вдребезги.
Я вздрагиваю, смотрю на него как побитая собака и пытаюсь быстро что-то придумать. Не хочу ощутить его агрессию на себе.
– Утром я смогу выпить кофе? – через зубы спрашиваю.
– Утром сможешь, а сейчас коктейль. – делает вид, что ничего не произошло.
– Спасибо, я напилась. – встаю и иду на выход из кухни.
Он хватает меня за локоть и сажает на место:
– Не хочу повторять трижды! – давит меня тоном и взглядом.
Хорошо, я выпью этот чёртов коктейль. А дальше он будет следить за моим питанием? Я шага не смогу ступить без его разрешения?
Ставит передо мной стакан и отходит к окну. Облокачивается о подоконник и наблюдает за мной.
Я как послушная марионетка давлюсь его питьём. В процессе понимаю, что коктейль вкусный, такой можно и утром пить. Но моё отрицание не даёт мне насладиться вкусным питьём. Быстро выпиваю, выкидываю стакан в мусорное ведро и иду в комнату.
Укладываюсь на кровать в надежде, что Алмаз будет спать на диване, а лучше уйдёт. Но он приходит ко мне. На мою полторашку. Здесь, блин, мне места мало!
– Диван свободен. – говорю ему, намекая, что нехрен тут делать.
Только Алмазу всё нипочём:
– Поместимся. – поднимает одеяло и ложится рядом.
Быстро отворачиваюсь к стене, делая вид, что его не существует.
Алмаз кладёт руку на мою талию и утыкается носом в мой затылок:
– Привыкай ко мне, к моему запаху.
– Зачем? – пытаюсь понять его психологию.
– Наш сын должен родиться в любви. – вжимается твёрдым членом в ягодицы.
И я пропускаю последние его слова мимо ушей, из-за страха быть изнасилованной.
14 глава
Софи
– После работы заеду за тобой, перевезём твои вещи ко мне. – заявляет Алмаз, когда тормозит возле клиники.
У меня и так настроение в ноль, ещё и такое заявление. Он вообще без тормозов!
– Я могу отказаться? – сглатываю страх перед своим нерадостным будущим.
– Нет! Все решения в нашей семье принимаю я, на правах мужчины. – заявляет безапелляционно.
– Мы не семья. – напоминаю ему, что мы вообще друг другу никто.
– В выходные сыграем свадьбу. – спокойно так говорит, будто мы с ним лет десять вместе.
– Ну это же бред! – не выдерживаю я такого накала.
– С вами, женщинами по-другому нельзя. Иначе хвостом начинаете крутить. – зло говорит, будто у него был такой опыт.
О чём он вообще? Какая свадьба? Какой переезд?
– Я замуж не собираюсь! Тем более за бандита! – громко срываюсь я, открываю дверку, чтобы выскочить из машины, но не успеваю.
Алмаз хватает меня за волосы на затылке и тянет к себе:
– Я предупреждал тебя быть послушной! – рычит мне в щёку.
– Да. – кошусь на него.
Мне больно и страшно. Но больше всего меня бесит, что я должна подчиняться непонятно кому!
– Иди. – прикусывает щёку и отпускает волосы. – И без самодеятельности!
Пулей вылетаю из салона машины, стираю на щеке след от зубов. Со всего размаху хлопаю дверкой, а ж стёкла дребезжат.