Как вообще эту дверь открыть?
Пошкрябав ногтями о края двери, ничего так и не получилось. Разочарованная вернулась в комнату. Привела себя в порядок и пошла искать кухню.
Голод не тётка, однако. Надо подкрепиться. Ещё неизвестно, что преподнесёт новый день.
Я шла на запах выпечки, нюх меня ещё ни разу не подводил. Войдя в кухню, первым делом увидела добротную женщину, стоявшую ко мне спиной.
Она что-то напевала себе под нос и заглядывала в духовку.
– Доброе утро. – вежливо поздоровалась с ней.
Женщина обернулась и выпучила глаза:
– Свят, свят... – испуганно крестится, будто прокажённую увидела.
– Что с вами? – не поняла я её реакции.
– А ты не... – что-то хочет сказать, но не договаривает и приглядывается ко мне. – Ой, прости, спутала я тебя. – кладёт руку на грудь и выдыхает.
Ей явно становится легче, но всё ещё смотрит с опаской.
– У вас тут вкусно пахнет. – мило улыбаюсь ей. – Меня, кстати, Софи зовут. – представляюсь первая.
– А меня Машей называй, не выкай, не привыкла я. – настороженно смотрит на меня.
Я уже поняла, что все видят во мне другого человека. Каждый намекнул, но ничего конкретного не сказал. Может, Маша мне что-то разъяснит?
– Да, что с вами? – решаюсь спросить. – Эээ, с тобой. – присаживаюсь на высокий стул возле барной стойки и наблюдаю за ней.
– Ничего, деточка. Сейчас булочки уже будут готовы. Налить чего, попить? – переводит она тему.
Не пытать же мне её в самом деле! Но, клубок раскрутить не мешало бы.
Маша накормила меня вкуснейшими булочками, напоила молоком. Держалась она немного настороженно, каждый раз подбирая слова в разговоре со мной.
Когда вошёл Алмаз, Маша с прищуром смотрела то на него, то на меня. Кажется, всем видом показывала, что требует от него ответов.
Алмаз делал вид, что не замечает её взглядов.
– Маша, на вечер даю отгул. Попросишь Кирилла, он увезёт домой. Утром как обычно. – дал ей указания.
Кирилл значит, водителем у Алмаза работает. Если развозит персонал. Видимо, будем пересекаться. Не хотелось бы, конечно, но меня никто не спрашивает.
– Поехали. – взял меня за руку и повёл на выход.
– Куда мы едем? – спросила, когда сели в машину.
Алмаз сосредоточенно смотрел на дорогу и старался не отвлекаться, но всё же ответил:
– Сейчас в магазин. – коротко, как отрезал.
Значит, поедем ещё куда-то? Возникли мысли в голове, но вслух я не стала их озвучивать.
Решил всё-таки приодеть меня. Не подходит мой стиль одежды для него. Ну что же. Слушаюсь и повинуюсь. Другого пока не дано.
В магазине нас облепили продавцы, быстро подобрали мне образы. Я лишь мерила, а выбирал, естественно, Алмаз.
Девушки, облизывая меня, стреляли выразительными взглядами в Алмаза. Только ему было плевать на томность консультанток.
А я надеялась, что хоть одна из чопорных красоток западёт ему в душу. Даже специально вставала так, чтобы, помогая мне, девушки наклонялись буферами к Алмазу, а то и попами, обтянутыми узкими юбками.
Но это как об стену лбом биться. Алмаз отрывал глаза от телефона только тогда, когда оценивал меня.
Столько пафоса я ещё не видела. Ценники на платьях заоблачные, да ещё и все, как на красную дорожку. Я не привыкла к такой одежде и чувствую себя не комфортно.
Скрипя зубами, принимаю все хотелки Алмаза. Даже ненавистные шпильки. Я люблю каблуки, но не такие высокие.
В ювелирном было всё то же, что и в вещевом. Всё на вкус Алмаза и очень дорого. Такие бы деньги да в правильное русло. Например, помочь больным детям. Сейчас таких много. А у родителей нет таких денег. Но кто я такая, чтобы указывать бандиту.
Расфуфыренная я вышла из торгового центра. Алмаз держит меня за руку, а мне всё больше кажется, что я занимаю чужое место.
После такого преображения взгляд Алмаза стал более хищный и пожирающий. Ледяные мурашки пробегают по телу от понимания, о чём он думает, когда смотрит на меня.
Захотелось укутаться в плюшевую пижаму. Закрыть все стратегически важные места и спрятаться под тёплым пледом.
Но нет, мы едем дальше.
– Куда едем сейчас? – вновь спросила я.
– Увидишь. Надеюсь, ты помнишь, что соглашаешься во всём и подыгрываешь. – напомнил мне про вчерашнюю договорённость.
– А у меня есть выбор? – ну мало ли, вдруг я могу отказаться.
– Нет! – с толикой злости ответил.
Пока мы ехали, я разглядывала пейзаж за окном. Иногда косилась в сторону Алмаза. Он выглядел напряжённым. Даже такие чёрствые люди, как он, иногда проявляют свои чувства. Их только нужно подловить. Тогда будет понятно, что для них самое важное.