– Нахуй, пусть подохнет как мразь! – сплюнул Алмаз.
Страх за жизнь невинного человека не даёт сдвинуться с места. Обозначить своё присутствие сродни смерти.
Они вооружены! Убьют и прикопают где-нибудь в лесочке. А я жить хочу. Я ещё совсем молода.
Громкий звук выстрела ударил по ушам. Непроизвольно завизжала и закрыла уши.
И зачем я это сделала?!
Оба бандита повернулись ко мне, и я осознала, что следующий выстрел будет в меня.
Ноги сами понесли, хорошо наготове был ключ от домофона. Я быстро шмыгнула в подъезд и закрыла дверь.
Не инфаркт, но почти. Сердце отбивает такой ритм, что сердечникам даже не снилось. В ушах до сих пор звенит. А осознание того, что я только что увидела, прибавляет скорости подняться в квартиру, запереться на все замки и вызвать скорую.
Пока говорю адрес и что произошло, смотрю на бледное, покрытое тенью страха лицо и не узнаю́ себя. Кожа сливается с белыми обоями, лишь зелёные глаза горят непролитыми слезами, а рыжая копна волос контрастирует с кожей невыносимо болезненно.
Кладу трубку и растираю щёки, чтобы хоть немного порозоветь. Руки трясутся, как у настоящей прожжённой алкашки. Внутри всё замирает от осознания.
Это не сон! Это всё произошло в реале! Как такое вообще, может, быть? Бандиты существуют, и они рядом с нами.
Я только отошла от того про́клятого юбилея, а тут новое происшествие. За что мне такое наказание?!
Месяц прошёл более или менее спокойно, только запары в клинике, не более. Я уже убедила себя, что это страшный сон, и больше ничего плохо не случится.
Как бы не так! Кажется, становится только хуже. Главное, что в лицо меня не видели. Значит, не найдут.
5 глава
Софи
– Что вы помните? Было темно, плохо видно. Может, они разговаривали? – спрашивает следователь.
Я не собиралась идти в полицию. Полиция сама ко мне пришла. Вычислили по номеру, с которого я звонила в скорую.
В этом случае я не смогла соврать и сказать, что ничего не видела. Не умею я врать, да и не хочу. Главное, чтобы последствий не было.
Нервно грызу ногти и вспоминаю самую значимую деталь:
– Да, точно! Тот, что рядом стоял, назвал убийцу Алмазом. Может, кличка, не знаю.
Смотрю напряжённо на следователя, заламываю пальцы. Может, зря я ляпнула? Надо было промолчать?
– Уверены? – нахмурился следователь, будто эта кличка ему знакома.
– Да. А можно сделать так, чтобы эти бандиты не узнали, кто дал против них показание? – с надеждой посмотрела на него.
Очень надеюсь, что обойдётся. Что меня не найдут и не прибьют так же, как соседа, после того, что рассказала.
– О вас узна́ют только на суде. – и продолжил писать.
Я выдохнула. Связываться с бандитами мне совсем не хочется. Если следователь меня заверил в безопасности, значит, можно ему доверять?
Мне никак не удаётся восстановить нормальное самочувствие. Руки до сих пор ходуном ходят, а мне ещё в клинику надо. А там нужно быть спокойной как удав.
Следовать ещё долго задавал вопросы, иногда провокационные, по несколько раз одни и те же, только формулировка другая. Неужели я на дуру похожа? Или реально выгляжу неадекватной?
Накатал он два листа бумаги А4. Попросил прочитать и поставить подпись. Всё сделала, как он сказал, и проводила до лифта. Попутно показав, где жил сосед и всё, что знаю про него.
А знаю я немного. К нему часто захаживали нарики, поэтому мы всем подъездом понимали, кто он на самом деле. Так, может, за наркоту его и убрали? Но, это не повод лишать человека жизни. Надо было решить законным путём.
Казалось, груз с души снят и можно расслабиться. Только мне, наоборот, становилось хуже. Свидетелей не любят. Мало того, нет свидетеля, нет обвинения. Надо быть осторожнее.
Следователь ушёл, а я быстро собралась и побежала на автобус. Слегка опаздываю, но у меня, уважительная причина. Надеюсь, мне не влетит.
В клинику опоздала минут на пятнадцать, хорошо, что никто не заметил. Переодевалась с дрожащими руками. Меня так и не отпустили вечерние события.
Зашла к медсёстрам и попросила успокоительное. На что они косо посмотрели на меня, но выдали таблеточку.
Первым делом зашла к Карине Сергеевне, обсудили предстоящую операцию, мои обязанности. Уже хотела уходить, как она спросила:
– Софи, ты вчера не видела Кирилла? Он дома не ночевал, я подумала, что он у тебя. – с надеждой посмотрела.
Что мне ответить? Мой парень не ночует дома, а его мать думает, что он у меня.