Рэйко вошла первой, в длинном красном платье, которое обнимало её фигуру, подчёркивая каждый изгиб. Волосы, тяжёлой чёрной волной, ниспадали до пояса и сверкали при каждом движении, как тёмная река. В зале словно на секунду стало тише: несколько взглядов обернулись, мужчины задержали дыхание. Она двигалась легко, грациозно, будто танцовщица, привыкшая владеть вниманием.
Кросс стоял у входа и позволил себе минуту смотреть на неё открыто, с нескрываемым восхищением. В его взгляде было что-то большее, чем просто интерес: холодный стратег позволил себе открыто любоваться, как мужчина. Он шагнул к ней, и в его движении было что-то кавалерское, старомодное, но очень уверенное.
Предложил ей руку, и когда их пальцы соприкоснулись, Кросс чуть склонил голову и тихо сказал:
— Сегодня все будут завидовать мне, Рэйко.
Она улыбнулась, не оборачиваясь к нему полностью, но её глаза блеснули. Они прошли вглубь клуба как пара, и даже если кто-то знал, что это всего лишь игра, со стороны они выглядели безупречно: мужчина и женщина, которые точно знали себе цену.
Когда они прошли по залу, гул голосов снова ожил, но отдельные взгляды всё ещё провожали их. Официант в белой рубашке склонился перед Рэйко с лёгким поклоном, предлагая проводить к столику у стены, где было больше уюта и меньше чужих ушей.
Они шли рядом, и Кросс чуть отставал, мягко придерживая её ладонью за талию, словно подчёркивал «она сегодня со мной». Несколько мужчин за соседними столиками переглянулись, один даже приподнял бровь, Рэйко знали в этом клубе, и её появление рядом с новым мужчиной явно вызвало интерес.
Стол был накрыт идеально: тяжёлые бокалы, хрусталь, свечи в низких подсвечниках. Когда она села, плавным движением поправив платье, Кросс не сводил с неё взгляда. Его глаза не скользили поверхностно, они вгрызались, изучали, и в этом внимании было то самое мужское восхищение, которое нельзя подделать.
Придвинув ей кресло и, заняв место напротив, он чуть наклонился вперёд.
— Вам нравится ловить взгляды? — спросил Кросс вполголоса, и его губы тронул лёгкий намёк на улыбку.
— А вам? — парировала она спокойно, склонив голову и едва заметно двигая длинными серьгами. — Вам нравится, что все смотрят на вас, потому что рядом со мной?
Кросс усмехнулся и поднял бокал.
— Пусть смотрят. И завидуют мне.
Официант принёс шампанское, и звон хрусталя разлился, как сигнал начала партии. Вокруг царил мягкий свет и лёгкая музыка, а за их столиком уже рождалась своя тихая игра, но с железным подтекстом. Всё было почти идеально и Кросс сразу уловил взгляды из глубины зала. Двое мужчин в дорогих костюмах сидели в полумраке ближе к бару, они не смеялись и не жестикулировали, как остальные весёлые гости, а просто наблюдали. Один из них медленно крутил бокал с виски, другой едва заметно наклонился к нему, что-то сказал, и оба перевели взгляд на Кросса и Рэйко.
— Видите? — тихо заметил Кросс, слегка качнув подбородком в ту сторону. — У вас здесь каждый жест под микроскопом.
— Это и есть мой «круг», — ответила она, словно невзначай поправляя прядь волос. — Те, кто решает, подпустят ли вас ближе или нет.
Чуть дальше за длинным столиком сидела пара старше мужчин, и казалось более статуснее, сдержаннее, в дорогих тёмных костюмах, без единого лишнего движения. Их лица выдавали возраст и опыт, а взгляды, хищную внимательность. Один медленно доставал сигару из футляра, другой лениво листал меню, но оба краем глаза следили за Рэйко и её спутником.
Кросс поднёс бокал к губам и чуть прищурился.
Шахматная доска накрыта. Фигуры уже расставлены. Осталось понять, кем они видят его... пешкой или игроком.
Официант вдруг появился рядом, как тень. Наклонившись к Рэйко, он что-то тихо произнёс. Она лишь кивнула, а потом повернулась к Кроссу, в глазах мелькнула смешанная искра азарта и осторожности.
— Нас приглашают, — сказала она негромко.
— Куда именно? — Кросс не отводил взгляда от её лица.
— За главный стол.
Она поднялась первой, и её красное платье мягко скользнуло по полу, как живая лента. Кросс медленно встал, поправил манжет, провёл ладонью по лацкану пиджака и предложил ей руку. Они вновь двинулись через зал, и каждый шаг словно стягивал на них взгляды сильнее и сильнее.
За длинным столом их ждали трое. Двое из тех, кого Кросс уже приметил, и ещё один старший, как понял Кросс, седовласый мужчина с тяжёлым взглядом, от которого веяло холодом и опасностью. Перед ним стоял бокал саке, и он в задумчивости и неторопливо прокручивал его.