Потом они разняли объятия и сели за стол.
— Спасибо, что пришли. — Голос Кросса был глухим, сдавленным изнутри, из-за переполнявших его эмоций. Нескончаемые дни наполненные одиночеством повысили ценность присутствия рядом семьи, как никогда. — Вы придаёте мне сил. — Он попытался улыбнуться.
Отец положил свою ладонь на его руку и сжал.
— Сынок, все за тебя бьются. Никто не сидит сложа руки. Даже мне не дают вмешиваться, говорят что всё схвачено.
— Да, отец, я знаю. Всё хорошо. Против меня нет обвинений, вернее следствие ведёт к версии самозащиты. Так оно и было. Так что…
Кенан прикрыл лицо руками на секунду, но сразу опустил. Отец бросил на него укоряющий взгляд и Кросс улыбнулся. — Брат не переживай. Я выкарабкаюсь.
— Конечно, Кросс, в этом нет сомнений. Я уверен. — он положил на плечо ему свою большую и тяжёлую руку. — Просто мне страшно подумать, если бы ты не успел… Если бы у них вышло… — он снова прикрыл глаза рукой.
Отец тоже опустил голову и стал бормотать короткую молитву.
— Вы забыли, кто такой Кросс Бегович? — с улыбкой сказал Кросс. — Кенан, отец?!
Они сразу же подняли на него взгляд.
— Да, ты ещё тот! Ты смелый и умный из всех.
— Сынок, дело дай Бог закроется благополучно, бросай к чертям эту Америку и вернись домой! Я хочу чтобы ты жил. Нам не нужны твои деньги!
Кенан повернул к нему голову, — отец, не нервничай. Я сам приеду за ним и притащу его домой.
— Да вот, забери своего младшего брата! Хватит ему жить вдали от нас и вот это всё!
Кросс широко улыбнулся и опустил голову, покачал. — Хорошо, хорошо… я приеду. Брошу всё к черту. И приеду.
— Именно так, Кросс Бегович! — властно проговорил Исмаил.
Кросс кивнул, с серьёзным выражением лица. Отцу он не смел возражать, даже если бы уверен, что тот ошибается.
— Мама знает?
— Нет, нет, — ответил Кенан. Она правда не понимает, почему твой телефон выключен. Я ей придумал, что ты в Африку уехал там благотворительностью занимаешься, телефон не ловит. Ну в общем мы сейчас у тебя в Африке.
Кросс тихо стал смеяться.
— Ну почему бы и нет. Я кстати так и сделаю, как освобожусь. Мне знак! — он поднял указательный палец правой руки, — спасибо, брат.
— И я с тобой, брат.
— Хорошее намерение, сыновья, — поддержал отец, кивая головой, потом вздохнул и добавил, как будто сам себе, глядя вперёд, — дай Бог, это желание исполнит Господь.
Охранники стояли неподалёку, наблюдали, но не вмешивались.
Настроение приобрело боле спокойное состояние и они ещё немного поговорили. Об условиях содержания больше, чем о делах. Кросс сказал, что всё в порядке.
— Я же мужчина. Тюрьма для мужика нормальное место.
Отец поджал губы, — ты копия своего дяди. Точно так же говорил Ибрагим. Тюрьма и война, нормальные места для настоящего мужчины.
Кросс опустил глаза и вздохнул, потом посмотрел на отца и ответил:
— Я скучаю по нему…
— Вернёшься, навестим его все вместе, — тихо проговорил Исмаил. И добавил уже больше себе, чем им, — дай Бог, это желание исполнится.
Часть III Глава 2
Кросс ждал первого слушания. Джон Лауренс, действуя по генеральной доверенности, поставил везде подписи. Были образованы холдинг и партнёрская компания между Shinsei Capital Holdings и Begovich Trading. Всё официально, красиво на бумаге, но без самого Кросса машина работала, словно без горючего. Юристы, менеджеры, акционеры, все делали шаги, но в воздухе витало чувство потери ориентира.
Джон пришёл на свидание и рассказал, как есть, что все в панике. Но Такахара настоял, чтобы компания была создана и работа продолжалась. Он сказал: «Возвращение Кросса — дело времени». Созвал совещание глав отделов и приказал не сбавлять темп.
Кросс слушал, и усталая улыбка тронула его губы. Ему было приятно осознавать, что верили в него, держали строй. Даже здесь, за решёткой, он чувствовал их плечо.
— Да, надеюсь, всё закончится успешно, — тихо проговорил он. — Если что, через адвокатов будете передавать вопросы, какие я смогу отсюда решить… хотя, хотя бы оценку давать буду.
Джон покачал головой:
— Кросс, в этом нет необходимости. Где ты нужен — ты нужен живьём, своими глазами. Этого через бумаги не передашь.
— Согласен, — Кросс провёл рукой по волосам. — Начинайте, а дальше посмотрим.
Рой тоже приходил. Сообщил, что Милена три недели пролежала в клинике, а теперь живёт в его квартире в Нью-йорке.
— Я ей сказал, где ты. Иначе она бы отказалась остаться у тебя, — признался он.
Кросс опустил веки. С Крамером всё было решено, и опасности для неё больше не оставалось. Сказать это Рою он не успел. Тот продолжал:
— Мистер Исмаил и Кенан тоже у тебя. Они все живут одной семьёй, брат. — Он почесал затылок и усмехнулся. — Я даже не знаю, как ты теперь из этой ситуации выберешься без женитьбы…