— А она?
— Она сидела у стены и просто плакала. Тоже смотрела на него, как я заметил.
— У вас сложилось впечатление, что он как-то угрожал ей?
Полицейский задумался. — Скорее предупреждал. Может быть просил о чём-то... Точно не могу сказать. Но движение головой и его неотрывной взгляд, я запомнил.
— Понятно. У меня нет больше вопросов.
Вскоре в зал суда пригласили Рэйко. Она вошла спокойным, почти отрешённым шагом. Лицо её было серьёзным, взгляд бегло скользнул по залу и не задержался ни на ком. Только Кросс смотрел на неё так, будто пытался удержать силой. В его глазах стояла жалость, почти невыносимая
— Мисс Танака, скажите, у вас остались родственники? — начал прокурор Дельгадо.
— К чему эти вопросы, господин прокурор? — вмешался судья, чуть нахмурив брови.
— Ваша честь, я пытаюсь установить мотивы её показаний.
— Нет, — отрезала Рэйко.
— Вообще никого?
— Вообще, — холодно повторила она.
В зале прошёл лёгкий шум, кто-то из присяжных кивнул, делая пометки. Дельгадо сделал паузу, потом продолжил, словно готовил удар:
— Между вами и мистером Беговичем возникли отношения?
— Случайная связь. Просто постель, и всё. Я не глупая девчонка и смотрю не через розовые очки, — отчеканила она, не моргая.
— Вы его не полюбили?
— Я его ценила как человека.
— И всё же… полюбили?
Рэйко вскинула на него глаза, её голос стал хриплым:
— Моё сердце давно сдохло.
У Кросса всё внутри оборвалось. Он глотнул и опустил голову. Рэйко уже сама себя приговорила.
— Прошу вас выражаться аккуратнее, мы в зале суда, — строго предупредил судья.
— Мистер Бегович обещал вам жениться? — Дельгадо не отпускал тему.
— Сейчас я буду смеяться, и вы снова выведите меня в коридор, — огрызнулась она. — Не задавайте мне смешных вопросов.
— Протестую! — поднялся адвокат, его голос сорвался от раздражения. — Прокурор оказывает давление на свидетеля, пытается создать у присяжных впечатление, что она спасает возлюбленного!
— Может, вы займёте место присяжного заседателя сами? — ядовито парировал прокурор.
Молоток ударил по дереву.
— Достаточно, господа, — оборвал судья. — Продолжайте по делу.
Дельгадо выждал паузу и снова обратился к Рэйко:
— Мисс Танака, после того как вы выстрелили в последнего, что сказал вам подсудимый?
Она замерла, словно собирая силы.
— Он спросил меня… что будет со мной после его смерти. “Что будет потом с тобой, Рэйко?”
В зале повисла тишина. Присяжные начали переглядываться, кто-то кивнул, кто-то поднял брови.
— И что вы сделали?
— Я повернула дуло пистолета и нажала на курок. Ишикава упал. Его охранник рванулся, я убрала и его. Потом трое остальных. Они пытались звать на помощь. Я их застрелила.
Кросс опустил голову и сжал зубы так, что заиграли скулы. Перед глазами снова вспыхнула та сцена: дрожащая рука, слёзы в её глазах, и выстрелы, что изменили всё.
— А почему вы убили их, что вами двигало?
— Желание освободиться. Не было сомнений, что после того, как я застрелила бы Кросса, следом легла бы и сама.
— Почему вы так решили?
Рэйко ухмыльнулась
— Потому что, мой человек предал их, нарушил соглашение и не захотел содействовать в делах. Мало того, он даже увёл от них цель.
Она посмотрела на него и в её глазах мелькнула искра восхищения.
— Я никогда не видела в своей жизни такого самопожертвования… Ставить себя под удар, чтобы спасти другого… — её голос был тихим.
Кросс встретился с ней взглядом и зацепился за него. Она любила — он сожалел.
— А потом? — прокурор не отставал.
— Потом послышались сирены. Он выхватил у меня оружие, толкнул к стене и приказал молчать. Сказал: “Я их убил”. Я не успела ничего ответить, ворвались полицейские. Он только глазами дал мне знак молчать. Покачал головой. Я… не смогла его ослушаться.— Танака перевела взгляд на прокурора и её тон приобрёл прежнее безразличие.
В то же время, зал суда взорвался шумом. Присяжные зашептались, публика загудела, журналисты засуетились. Судья ударил молотком, требуя тишины.
— Вопросов больше нет, — холодно сказал Дельгадо, хотя по лицу было видно: именно этого ответа он и ждал.
Кросс сидел неподвижно, но внутри всё у него горело. Он понял: теперь она пошла ва-банк.
Впоследствии, на слушании представили новое заключение судебной экспертизы: пломбы на пакетах не были нарушены, анализ проведён повторно независимой лабораторией и результаты перевернули ход дела. Защита добилась, чтобы запечатанные материалы из первичного осмотра: оружие, одежда, тампоны с ладоней, пули и гильзы были отправлены в независимую лабораторию. Там использовали более глубокие методы анализа, в том числе сканирующую электронную микроскопию. Результаты оказались ключевыми.