Пришёл ответ с суда. Кроссу разрешено посетить Рэйко Танака, была назначена дата и время.
Кросс летел.
Секунды стукнули и он вошёл в комнату. Рэйко подняла на него свои глаза, под которыми легли долгие темные круги.
Она сидела за столом, за таким же, за которым прежде сидел он и ждал отца и брата. Он шагнул к ней и она поднялась, он привлёк её себе на грудь и крепко обнял. Примкнул щекой к её макушке.
— Что же ты наделала… — прошептал он. — Дура моя, что же ты сделала..
Она отстранилась и её глаза наполнились слезами. — Ты самое лучшее, что было в моей жизни, Кросс… Я так рада уйти с этим чувством. Что познала, что-то светлое тоже.
— Рэйко не хорони себя. Где твоя смелость? Мы пробьём оборону. Но зачем ты подписываешься на всё, что не делала даже?? И убийство Ишикава, как и всё остальное это самозащита и мы докажем.
Вмешался охранник стоявший недалеко у стены со сложенными руками за своей спиной и сделал предупреждение.
Кросс вздохнул и сел напротив, на столе протянул руку и сжал её ладонь. Она опустила голову на минуту. И хрипло проговорила, — ничего не поменяет это. Мои дни сочтены. Я знаю.
Кросс смотрел на неё не в силах издать звук. — Неужели всё так… неужели всё безвыходно?!
Она пожала плечами и улыбнулась.
— Каждый из нас готов был к этому и даже Ишикава. И все. Просто… — она осеклась, — я привыкла к жёсткому обращению и Такахара и ты… Вы что-то поменяли во мне…
— Я готов заплатить. Не делай глупости. — Он глотнул. Охранник дал предупреждение в последний раз. И Кросс сменил тему, — хочешь чего-нибудь особенного?
— Поесть?
Он кивнул и улыбнулся.
— Да. — Она посмотрела куда-то на стену и сказала, — Хамбагу с рисом, как мама готовила. — и опустила голову.
— Я договорюсь на ужин. Привезу, Рэйко, — он вновь сжал её руку. — Мы справимся, и ты улетишь домой, слышишь. Не делай глупости.
Кросса попросили покинуть помещение.
К вечеру надзиратель передал ей аккуратный поднос. Внутри стоял пакет с логотипом дорогого ресторана Манхеттена. Когда Рэйко открыла его, в нос ударил тёплый аромат соевого соуса и имбиря. На белой коробке лежала короткая веточка орхидеи.
Развернув упаковку, обнаружила пару сочных котлет хамба́гу, большую порцию риса, и салат и ещё десерт в отдельной ёмкости. Ничего лишнего, всё в идеальной гармонии, как будто кусочек из её прошлой жизни прорвался сквозь толстые стены.
Рэйко смотрела на еду, и её руки дрожали. Она провела пальцем по шелковым лепесткам и прикрыла веки.
Кросс вернулся домой поздно вечером. Нью-йорк сиял в окне, но для него этот свет давно ничего не значил. Он включил ноутбук и несколько часов подряд листал контакты, отчёты, старые переписки. Прикидывал варианты, как вытащить Танака. И почти к утру, перерыв кучу архивных криминальных хроник, он пришёл к мысли, что самое лучшее будет это устроить ей экстрадицию. Если в США приговорят её — это конец. Но если получится перевести дело в Японию, там Такахара дожмёт систему. У него были связи и влияние, которых хватило бы, чтобы Рэйко получила не пожизненное, а условный выход через десяток лет. Может, даже меньше.
Он поднялся с кресла и стал ходить по комнате, приложив руку к лицу.
И уже к десяти, он с Такахара отправился к сильным юристам. В свою очередь японец обратился к своим в Японии. Дело начало своё движение. Иногда Кросс ловил на себе пронзительный взгляд японца. Какой-то смешанный между удивлением и теплотой. Наверняка он думал, что Кросс влюбился в Рэйко. Но задавать ему вопросы не стал.
Через два дня, позвонил Тоггет. Были новости.
Фрэнк приехал к нему в офис и Такахара вместе с Кроссом выслушали его.
— Действительно, Мор состоит в связях с якудза. Мои люди проследили за ним. — Он выложил фотографии, на которых были изображены Тимоти Мор и кто-то из японцев. Так же, как он заходил в какое-то японское заведение. Что-то вроде ночного клуба.
Кросс с Такахара переглянулись.
— Кросс тебе опасно туда суваться, — проговорил японец.
— А что мне остаётся? Я хочу договориться.
— Пулю в лоб они тебе пустят вместо ответа, — сказал он и Тоггет поддержал.
Кросс поджал губы и прислонившись на спинку стал смотреть на них.
Через несколько дней в тот самый клуб, который они увидели на фото, вошёл человек Такахара. Он прилетел из Японии. Умный и серьёзный с опытом переговоров, с опытом дел с разного рода структур. Поначалу его не приняли и просто сделали вид, что тот ошибся. Но после того, как он заявил, что его вопрос стоит больших денег, с ним встретились.