— Я проверил.
— Каким образом?
Он поднял глаза и холодно сказал:
— Снял её. И устроил допрос так, чтобы она заговорила. Пытку. Я давно в деле. Знаю, как обходить ловушки.
После этих слов в комнате повисла тишина. Картина была настолько убедительной, что казалось, речь шла не об инсценировке, а о настоящем допросе. Каждое его слово звучало как под присягой.
Тем временем Дайго Хирамото сам подталкивал «следователей»:
— Что вас ещё интересует?
— Ни в одном деле не прослеживается никаких ваших следов. Ни отпечатки пальцев, ни ДНК. Как вы можете объяснить подобный факт?
— Я профессионал. Если бы я не беспокоился о таких деталях, то ещё в первом же обвинении получил бы высший приговор.
— Объясните.
— Я всегда работал в перчатках и в головном уборе. Это могла быть спортивная шапка, или кепка. Очки и прочее, смотря по погоде и обстоятельствам. Даже следов своих ботинок, я не оставлял.
Адвокаты задумались.
— Неужели настолько вы дальновидны, это не реально?!
— Реально вполне. И не только я. Многие, тем более из числа нашего народа более аккуратны и предусмотрительны. Мы обучены с ранних лет.
Кросс стоял за стеклом и ловил себя на том, что его пробирает. Пот прошибал виски. Казалось, он повидал всё. Но сейчас, понял, что нет. Он понял, насколько далёк от настоящей тёмной стороны этого мира. Далёк, как земля от луны.
Очередной вечер он закончил в баре, в одиночку, с бокалом виски.
Перед тем, как Дайго Хиромото пошёл сдаваться, Кросс перекинул пять миллионов на счёта якудза. Пошла дорога через десятки счетов и деньги потекли. Он улетел на два дня в Солт-Лэйк-Сити.
Часть III Глава 10
— Кросс…
— Да, милая?
Он лежал на диване с Миленой у неё дома. Сразу с аэропорта, с чемоданом он приехал к ней.
— Ты правда вернулся ко мне… насовсем?
Он провёл рукой по её волосам, задержав пальцы в пряди.
— Посмотрим на твоё поведение, — сказал он хрипло, с намёком в голосе.
— Пошёл ты в баню! — вспыхнула она, выскочив из его объятий и рванув прочь. С неё спала простыня, в которую она завернулась прежде.
В ту же секунду Кросс поднялся, догнал её и, подхватив на руки, направился в ванную.
— В баню, так в баню!
Хоннар Деверо ждал его у себя в офисе. Позвонил, попросил приехать.
— Что-то случилось? — спросил Кросс. Он стоял в магазине с Лэнсом и менеджерами, разбирая дела.
— Нет, ничего срочного. Просто хотел кое-что рассказать. Чтобы ты был в курсе. Это касается… Милены.
Кросс сжал зубы. Опять Крамер.
— Хорошо, — он глянул на свои часы, — через час буду.
— Жду.
— Хоннар, — Кросс протянул руку, они поздоровались, когда он в назначенное время, шагнул к нему в кабинет. Вид у него был озабоченный, сосредоточенный.
Деверо, наоборот, казалось был немного растерян и подбирал слова.
— Давай сразу к делу, времени в обрез, бро, — сказал Кросс.
Секретарь принесла им по стакану холодной минералки. Кросс поблагодарил и тут же осушил свой.
— Эдуард… — начал Хоннар, глядя прямо в глаза.
— Что опять ему надо? — на лице Кросса проступало нетерпение.
— Он солгал. И тебе, и мне.
— Солгал в чём?
— Не было у него никаких отношений с твоей Миленой.
Кросс нахмурил брови, тяжело посмотрел на Деверо:
— Не понял я вообще… Ты меня вытащил, чтобы вот это сказать? Она сама призналась мне, что он её бывший. Чё за интриги, блядь?!
Деверо пожал плечами, опустился в кресло, поджал губы:
— Тогда я сам не понимаю…
— Я тоже не понимаю, честно!
— Кросс, я посчитал, что тебе важно будет знать. Мы с ним на днях тусовались, разговор зашёл о тебе.
Кросс тяжело опустился на диван напротив, закурил, прищурив глаза и не сводил взгляда с Деверо.
— Он сказал, что между ним и ею ничего не было. Просто встречи. Близости не было между ними. Месяц максимум они встречались. По ресторанам ходили, и всё. Подарки она не принимала. И именно этим поведением, холодностью, она его и зацепила. Но он решил не сознаваться, чтобы ты… почувствовал себя на его месте, насколько это бьёт, когда с твоей женщиной кто-то…
Я не имел ничего с его женщинами, — глухо произнёс Кросс и стряхнув пепел, опустил взгляд вниз. Перед глазами всплыло, как сам он в начале ухаживал за Миленой, и как она разворачивала его прямо у дверей квартиры, когда он хотел остаться.
— Она реально… хорошая девушка, — тихо добавил Деверо. — Я подумал, пока ты с ней рядом, тебе важно это знать. У меня всё.
Он откинулся на спинку кресла, закинул ногу на ногу и смотрел на него, не отрывая взгляда.
Вечером Кросс задал Милене прямой вопрос.