Кросс вздохнул и опустив руки, взглянул на часы. Завтра в Нью-йорк прибывала делегация Такахара. Пока он торчал в тюрьме, он уже многое успел сам, оформил документацию, согласовал отчётность через Begovich Trading, начал подбирать кадры. Некоторых своих он привезёт с собой, остальные будут из его команды в Нью-йорке, большинство. Но так же, полноценный офис ещё не открыли. Временным штабом оставался верхний этаж здания на Park Avenue, где работал трейдинг Кросса. Нижние этажи занимали его трейдеры, второй уровень он уже отдал под HB Atlas Holding, который раньше так же служил под трейдереские залы, а верх оставался личным штабом Begovich Trading. Места катастрофически не хватало, и Кросс вёл переговоры о захвате ещё одного этажа. Куда он планировал подселить часть трейдеров нынешних и будущих и разместить полноценный офис партнёрской компании с японцами. Конкуренция за площади на Park Avenue была бешеной, но к началу следующего года ему пообещали «зелёный свет». Оставалось переждать. Для старта этого было достаточно.
Перед ним лежала увесистая стопка бумаг, как карта будущего. Наверху красовалось соглашение о намерениях (Letter of Intent), тот самый документ, с которого всё началось ещё год назад: кто входит в партнёрство, кто что вносит, какие цели. У японцев капитал. У него — система, команда, опыт и рынок. Следом, Joint Venture Agreement. Сердце сделки. Чёрным по белому: стороны: Shinsei Capital Holdings и Begovich Trading; сумма в двести миллионов долларов; со сроком три года с пролонгацией; распределение прибыли; права голоса в совете директоров; как выйти из игры, если кто-то решит отступить. Дальше шёл Operating Agreement, как рабочая конституция будущей компании. Чёткие правила гласили, кто принимает решения, кто управляет день-в-день, кому доступна финансовая отчётность, в каких случаях подключаются юристы. Здесь каждое слово весило миллионы: неверный пункт мог оставить без контроля или выгоды. Чуть в стороне лежала регистрационная папка из Делавэра: стандартное место прописки для таких структур. Сертификат о формировании компании, проект устава, банковские документы, договор аренды офиса для лицензий. Всё по закону, с печатями и апостилями.
И, наконец, набор сопутствующих договоров.
— NDA, полная конфиденциальность.
— Non-compete, никто из сторон не имеет права запускать параллельный фонд на американском рынке.
— Сервисные соглашения: аналитики, трейдеры, инфраструктура, которую предоставлял он.
На столе это выглядело как кипа бумаги, но его глаз видел стройный механизм. Каждую папку, как винт, каждую подпись, как зубец в шестерёнке. Стоило одному элементу не встать на место, и машина бы не поехала.
Кросс провёл ладонью по обложке Joint Venture Agreement, задержал пальцы на тиснённых буквах. Линия фронта в виде контракта, которую он собирался удержать, пока за спиной росла и расширялась его собственная империя. И даже если офис пока оставался временным, документы делали его весомым и реальным в глазах всех.
Кросс прошёл к дивану и лёг. Время было ближе к шести и сотрудники тихо сворачивали рабочий день. Кроме Джона, он никогда не уходил домой, если Кросс оставался в офисе, пока он его не прогонял сам. Ну или дел было много и Лоуренс закрывался в своём кабинете, сидел до ночи вне зависимости, босс был или нет. А сейчас работы ожидалось ещё больше. И надёжных людей у Кросса на пальцах посчитать. Он понимал, что у Джона физически не было времени искать себе помощников, хотя бы одного и после учить его ещё, но другого пути не было, чтобы выжить в этом океане дел. Бизнес не шёл стабильно по прямой, он рос стабильно вверх. И это хорошо. Это отлично! Это превосходно! Но… очень тяжело.
Кросс прикрыл тыльной стороной ладони глаза и позволил себе отключиться на некоторое время. И кажется он заснул. Потому что, когда он открыл глаза, шум максимально стих, офис опустел и только его незаменимый заместитель сидел напротив в кресле и пил кофе.
— Давно ты здесь сидишь? — хриплым голосом поинтересовался Кросс, усаживаясь.
— Пару минут, — ответил Джон. — надо выспаться нормально, завтра тяжёлый день.
— Да… — потянул Кросс, глянув на часы, время показывало семь почти.
— Они утром прибудут? — спросил Джон.
— В восемь. Сейчас уже в полёте.
Кросс вышел из кабинета и прошёл в хозяйственную зону, где у них располагалась кухня и небольшая столовая для сотрудников, сам сделал себе крепкий кофе и вернулся с чашкой.