Свадебный зал перестал быть просто залом: он превратился в арену, где соединялись прошлое и будущее. И центром оставался один мужчина: жених, сын семьи, города и нации, друг, партнёр, но прежде всего лидер, чьё слово было тверже любого камня.
Овации стихли, ведущий взял микрофон снова:
— А теперь, дамы и господа, настало время того, чего все ждали. Первый танец молодожёнов!
Музыка зазвучала плавно, будто переливами света. Кросс подал руку Милене. Она встала, её платье зашуршало волнами гипюра, фата мягко скользнула за ней.
Он обнял её за талию, прижал ближе. Его взгляд был уверенным и тёплым, полным гордости и нежности. Она подняла на него глаза, в них отражались огни зала и тысячи взглядов гостей.
— Ты счастлива? — спросил он тихо, так, что слышала только она.
— Очень, — её голос дрогнул, а глаза наполнились слезами.
— Я был бы счастлив ещё больше, если бы господин Дэвисон был здесь, любимая… прости, что всё вышло так, — сказал он, упомянув её отца.
Милена прикрыла глаза, слёзы скатились по щекам.
— Он никогда не мечтал для меня о лучшем муже, чем ты. О лучшей семье, чем твоя, Кросс…
Он склонился, поцеловал её в шею и прошептал:
— Спасибо.
Они кружились в танце, словно только были двое в этом мире. Гости аплодировали, кто-то снимал на камеры, но для них двоих зал исчез, остались только их дыхание и музыка.
К ним присоединились Исмаил с Эмирой, Кенан с Эсмой. Кросс и Милена, смеясь, наблюдали за ними, а потом он передал руку жены отцу. Исмаил закружил Милену, как родную дочь, с теплотой и гордостью в глазах. Милена смеялась, её фата мерцала в свете софитов. В это время Кросс взял за руку мать и повёл её в танце, осторожно и грациозно.
Дальше всё перемешалось, Кенан закружил Эмиру, потом Эсма вернулась к мужу, а Кросс, приподняв руку Милены, позволил ей сделать лёгкий оборот. Зал взорвался аплодисментами, кто-то кричал поздравления, звучали свистки, хлопали в ладони.
В этот миг они были не просто жених и невеста. Они были сердцем праздника, его дыханием. Каждое движение, каждый взгляд, словно подтверждение того, что эта любовь и правда способна пережить всё.
Когда первый танец завершился и гости ещё стоя аплодировали, оркестр сменил ритм, зазвучали весёлые, зажигательные мелодии. На площадку один за другим повыходили новые пары: друзья, родные, партнёры. Вскоре танцевала уже вся тысяча гостей. Огни заливали пространство тёплым светом, пол был словно живой, волны платьев, звон каблуков, смех и возгласы сплетались в общий поток.
Кенан кружил свою маленькую дочь, та держалась за его шею и смеялась от восторга. Исмаил и Эмира танцевали, не скрывая слёз радости. Лэнс с Дэнни устроили целое представление, подхватывая девушек и шутя на ходу, вызывая взрывы смеха. Даже серьёзный Хантингтон позволил себе шаги в ритм музыки, а рядом с ним Кацпер Мазур подхватывал мелодию, напевая себе под нос. Том Харт нашёл спутницу и не впопад музыке вёл её в ритме танго. Милена смеялась, Кросс тоже. Эдуард с Ханной кружили рядом. Мориц и Хоннар улучив момент, что-то обсуждали, но потом тоже присоединились и стали танцевать под национальную боснийскую мелодию обхватив друг друга рукой за плечи, потянулся круг из линии мужчин, в центре которого кружили Кросс и Милена.
В какой-то момент зал словно разом выдохнул и праздник вышел за рамки обычного торжества. Это было не просто бракосочетание двух людей. Это стало событием для всего Високо, символом того, что сын этой земли, переживший войны, эмиграцию, предательства и победы, вернулся домой не с пустыми руками, а с историей, которую теперь разделяли сотни свидетелей.
Смех и музыка не стихали до самой глубокой ночи. Люди обнимались, говорили тосты, пели боснийские песни, а иностранные гости подхватывали припевы на свой лад. Угощение, подарки, планы, танцы, всё перемешалось в один огромный, яркий поток, в котором не было чужих. Каждый чувствовал себя частью чего-то большего, момента истории…
И пусть это была всего лишь свадьба, но Високо ещё долго будет вспоминать её, как день, когда в городе царила радость, равная международному празднику.
Эпилог
Самолёт коснулся взлётной полосы в Аддис-Абебе. Кросс и Кенан собрали целую большую команду. Он подтянул всех своих друзей и партнёров, выставив чуть ли не ультиматум: продолжение бизнес партнёрства и дружеская связь напрямую зависит от участия в благотворительной миссии в Африке. И никто не отказался, да и признаться, не думал.
Такахара с собой взял своих незаменимых помощников, а так же Танака. Рэйко заявила желание участвовать и Кросс не возражал. Его близкие друзья так же безоговорочно собрались в путь Эллиот, Тоби, Дэни и Лэнс. Последний даже обрадовался.