Выбрать главу

— Господин Бегович, вы закрываете партнёрский договор досрочно? — наконец выдал Розенберг.

Кросс молча кивнул. Затем, пригнувшись немного вперёд к столу, он спросил:

— Этих документов будет достаточно для доказательств?

— Да, вполне, если у оппонентов не возникнут подозрения, каким образом была собрана эта сумма денег.

Кросс коротко вздохнул:

— Конечно будет. Я больше чем уверен, они потребуют полной проверки с подключением прокуратуры.

— У них нет оснований для внедрения прокуратуры, — сказал Розенберг.

Но Пирс возразил:

— Если сторона не будет удовлетворена конечной документацией, имеет право согласно пунктам договора запросить аудиторскую проверку по движениям денежных средств на счетах: корпоративном, личном и субсчёте господина Мазура, по доверенности с которым было предоставлено право распоряжаться.

Розенберг взглянул на коллегу:

— В случае сопротивления — да, будут выяснять, откуда и куда ушли деньги за период, указанный в договоре. Но мистер Бегович готов предоставить все документы.

— Да, но в любом случае хотя бы общие выводы средств и поступления будут подлежать проверке.

— Без проблем. Даже если мистер Торн подключит детектива, тот ничего не нароет, — вполголоса ответил Кросс. — Я работал чисто.

— Мы в этом больше чем уверены, — ответил Пирс. Розенберг подтвердил, кивнул и опустил глаза.

Тем временем Кросс посмотрел на время. В запасе ещё было двадцать минут, и он, извинившись, оставил господ адвокатов, удалился в кабинет своего помощника.

— Джон, когда у нас назначена встреча с…?

— На пять вечера, мистер Бегович.

Кросс, вложив руки в карманы, встал у панорамного окна и медленно кивнул головой:

— Значит, Госдсбери решил сменить компанию…?!

— Говорят, он планирует открыть собственную.

После услышанных слов, он круто развернулся и посмотрел на Джона.

— Я разговаривал кое с кем, и мне донесли такую информацию, — сказал помощник, подойдя ближе.

— Но он не потянет сам, у него нет опыта?! — с лёгкой улыбкой удивления произнёс Кросс. — Ты помнишь, как я его втянул в это дело и чем он занимался прежде?

— Да. Ресторанный бизнес, который начинал прогорать.

— И какие результаты он получил уже через год?

— Больше миллиона. Я даже помню, какие хвалебные речи он толкал в ваш адрес на своём юбилее.

Кросс хмыкнул и снова посмотрел в окно.

— По гроб жизни обязан… ты не дал мне скатиться…

— Да и чуть ли слёзы не лил… хотя, может, и были, — добавил Джон тихим тоном.

В дверь постучали. Заглянула секретарь.

— Господа пришли и ждут вас в конференц-зале.

Кросс поправил галстук и, чуть приподняв подбородок, шагнул к дверям.

Все были в сборе, когда он вернулся. И подойдя к каждому из компании, Кросс крепко пожал руки и проговорил слова приветствия. Дойдя до Лэнса, он приветливо улыбнулся и ему:

— Я рад видеть вас, господин Торн, в добром здравии, — сказал Кросс, глядя ему в глаза.

— Взаимно, господин Бегович, — отреагировал тот, встретив его взгляд своим серьёзным.

После этого Кросс поздоровался с его адвокатом, мистером Сэмюэлем Клейтоном, и прошёл к своему месту за столом напротив Лэнса, но прежде чем усесться, он обратился ко всем со словами:

— Что ж, господа… благодарю вас за то, что вы собрались по моей просьбе… — он чуть протянул паузу, — дело в том, что в связи со срочными деловыми обстоятельствами в моей компании, я вынужден приостановить наш партнёрский договор с господином Торном, — Кросс сделал жест рукой в сторону Лэнса, словно представляя его впервые, затем продолжил, — без намерения нарушить ни один пункт договора.

Лэнс откинулся на спинку кресла, и в его глазах заплясали искры победителя.

— Важно понимать, господин Бегович, что вы сами пришли к этому решению без какого-либо давления, тем более вмешательства с чьей-либо стороны, — сказал Лэнс.

— Конечно, — отозвался Кросс. — Да и вряд ли у кого-то это получилось бы, — добавил он с иронией, вызвав лёгкий смех и даже шутку со стороны остальных участников собрания, кем являлись его близкие друзья и члены наблюдательного комитета.

Но на лице Лэнса не отразилась ни улыбка, ни радость. Он продолжал смотреть в упор на своего некогда близкого друга и на сегодняшний момент — грозного противника.