— Попроси у него запись нашего последнего разговора по телефону, — посоветовал Кросс, — когда я позвонил ему. Мне необходимо было быть здесь сегодня, по делам моего личного бизнеса. Но Лэнс вместо того, чтобы вспомнить нашу дружбу, продолжал обвинять меня… — Кросс осёкся и отвернулся в сторону. Через секунду почувствовал руку на своём плече.
— Кросс, в том, что ты был прав с самого начала, никто из нас не сомневался. Мы были вместе с самого первого дня, когда ты ещё был студентом, и мы всё знаем, без слов Лэнса, не надо было вообще ввязываться в этот спор. Друг, твой мозг и мозг Лэнса — это небо и земля, да и, признаться, всех нас вместе взятых…
Кросс тяжело вздохнул, но всё его тело было напряжённым, как натянутая струна.
— Я…
— Да, я бы сделал то же самое на твоём месте, но ты выше всего этого и мудрее. Он не вывезет, брат…
Кросс молчал. Он метался между тем, чтобы наказать как следует своего взбалмошного товарища, и тем, чтобы проявить жалость и отпустить его восвояси по просьбе близкого друга.
— Тебе ведь не нужны его деньги?
— Конечно нет, и я не возьму ни цента. Но я хочу преподать ему урок, Тоб.
Тоби поджал губы и, развернув к себе Кросса лицом, взял его руку и крепко сжал в своей.
— Ты мужик, Кросс.
Его взгляд был тяжёлым, как скала, больше от горечи, чем от негодования и злости. Да, он хотел просто избить Лэнса, заставить его пожалеть о сказанном ему, вообще выбить с него всё до крошки спеси, но…
— Пусть он поварит всё до завтра. Я сейчас попробую достучаться до Лэнса, а завтра ты в очередной раз продемонстрируешь, насколько он глуп, а ты силён.
Кросс ничего не ответил, просто смотрел на Тоби, который тихо вышел из дверей его кабинета.
Кросс тоже вышел. Из офиса. Стеклянные двери захлопнулись за его спиной, и он, не говоря никому ни слова, направился к лифту. В зеркальной стенке кабины его отражение выглядело чужим, строгий костюм, застывшее лицо и глаза, полные ярости.
Через несколько минут он оказался на улице. Жаркий асфальт дрожал под солнцем, воздух был густой, тяжелый, запахи бензина и пыли били в нос. Но ему нужна была смена обстановки, шум улицы вместо удушливой тишины кабинета, чужие лица вместо навязчивых мыслей.
Он снял пиджак и понёс его в руке. Шёл наугад, не глядя по сторонам, не думая, куда приведёт дорога. Внутри всё рвало, адреналин бил в кровь, как разъярённый тигр, загнанный в клетку. Чтобы не сорваться и не размозжить Лэнсу голову, Кросс просто увёл самого себя подальше, без телефона, без бумажника и плана. Всё осталось на столе в кабинете, а он один на один с собой.
Добравшись до набережной, Кросс опустился на деревянный стул под тентом уличного кафе. Перед глазами раскинулась широкая гладь воды, искрящейся от солнца. Лёгкий бриз принёс запах соли и жареных каштанов с соседней лавки. Он смотрел вдаль, туда, где горизонт сливался с небом, позволив себе вдохнуть глубже.
— Добрый день, сэр, — голос официанта прозвучал слишком мягко для его хаоса. — Желаете что-нибудь заказать?
Оторвав взгляд от воды, он посмотрел на юношу, сдержанно кивнул, после чего ответил:
— Спасибо, нет. У меня с собой нет бумажника, не смогу расплатиться. В другой раз.
Он сказал это почти извиняющимся тоном, впервые ощутив неловкость от своей внезапной пустоты. Но через минуту перед ним поставили аккуратный поднос, с бутылкой холодной содовой, на которой блестели капли конденсата, и чашкой крепкого кофе.
Кросс удивлённо приподнял брови.
— Я же сказал…
— Это от заведения, сэр, — официант улыбнулся, чуть склонив голову. — Будем рады видеть вас снова.
Он ушёл, оставив его в лёгкой растерянности. Взяв бутылку, Кросс поднёс её к губам. Лёд внутри приятно зазвенел, а прохлада содовой мгновенно сбила жар в голове. Непроизвольно прикрыл глаза.
— Благодарю, — сказал вслух, наконец, ощутив желанную приятную прохладу внутри. — Я обязательно вернусь.
Немного погодя Кросс вернулся назад уже на такси, оставив распоряжение в лобби рассчитаться с ожидавшим его у подъезда, водителем. Войдя в кабинет, на секунду, он задержался у окна. Свет бил сквозь стеклянные стены, резал глаза и отражался на его лице жёсткими бликами. Резко выдохнув, словно сбросил с себя чужие голоса, он прошёл к столу.
Телефон мигал десятками пропущенных от Мазуров, Милены, партнёров и Госдсбери. В следующее мгновение дверь распахнулась, влетел Джон.
— Господин Бегович?! — голос помощника дрожал от тревоги.
— Они ушли? — даже не обернувшись, спросил Кросс, холодно глядя на экран.
— Да, полчаса назад. Мы вас обыскались. Всё в порядке?