Крупная рыба забилась на мелководье. Как закованный в кандалы узник, она уже не могла выбраться из вонзившихся в нее веревок. Они стесняли могучие движения, но дюжей мощи ее хватало на грузные подскоки, от которых, казалось, трещал стойкий надежный капрон.
– Бей ее, бей! – крикнул Яков, и мокрый Ефимка, схватив колотушку, стал дубасить по рыбьей голове, неуклюже падая после каждого удара.
– Ах ты, рухлядь!.. – Яков нехорошо выругался, отобрал колотушку и одним сокрушающим махом вбил ее в голову рыбе.
Но нельзя даже прицельным ударом разом убить осетра. Судорожно охаживал он хвостом воду, не давая подступиться к своей все еще живой и сильной плоти. Только вторым ударом Якову удалось оглушить рыбину. Осетр лихорадочно несколько раз поддал хвостом и стих.
Когда рыбину выволокли на берег и Ефимка вспорол ей брюхо, Яков, вспомнив сноровистого Омельченко, обронил:
– Жидок ты стал, Ефим. Хлюпкий.
– Так ведь и рыбина с меня ростом. Куда же с такой тягаться! – старик вел большой тесак по осетровому брюху. Выбрав мокрыми от слизи пальцами икру, перекладывая ее в ведро, ублаготворенно улыбнулся. – Хороша!
– Живей, – подгонял Яков. – Всего один попался. Еще на плесе поправее сеть кинем.
Неожиданно вдалеке, за излучиной, застрекотал катер. Ефим поднял испуганные глаза, прижал ладонь к уху:
– По стуку никак Порфирушкин катерок.
– Был Порфирушкин, теперь Витюшкин, – Яков в беспокойстве засновал у осетра. – Давай икру и рыбу в катер. Пошевеливайся! Уходить будем.
Старик засуматошился. Передал Якову тяжелое ведро, приподнял осетра за хвост, с трудом подтащил его, волоча по песку. Он собрался сворачивать сеть, но Яков, взведя мотор, прокричал:
– Черт с ней! Новую свяжешь! Ходу давай!
Ефим дернулся в замешательстве к разбросанной на мели сетке, но все же страх остаться на песчаной косе переборол жалость к своему рукомеслу, и старик, запыхавшись, вскочил в катер, перевернув ведро с икрой.
– У! Пентюх! – разозлился Яков, но тут же, как только двигатель ровно заработал, успокоился. Никогда еще мотор не подводил его. И на этот раз катер, развернувшись по дуге, ринулся к открытой воде. «Не подберешь, Витюшка, и чешуйку от рыбки! – промелькнуло у Якова в голове.
Тут что-то заскрежетало под кормой, корпус двигателя рвануло назад, он кашлянул с надрывом и заглох.
– Винт сеткой запутало! – заорал Ефимка, схватил весла, стал передавать их Якову, но было поздно.
Узкий луч от фары приближающегося катера появился из-за поворота, ощупал ярким светом излучины берега и, как приклеенный, остановился на застрявшей на мелководье лодке.
– Стой! – разбил ночную тишину голос инспектора.
Ефимка подхватил ведро, размахнулся.
– Не мельтеши! – удержал старика Яков. – Щас покалякаем по-своему. – Он развалился непринужденно на сиденье, спокойно дожидаясь рыбинспектора.
Ефим ничего не мог понять: то смазывай пятки, бросай сетку, скачи козликом через борт, лишь бы драпануть, а то жди-поджидай, когда с поличным возьмут. Старик озадаченно уставился на Якова: «Небось, и молодого подкупил!»
– Здорово, Витек! – прокричал Яков подплывающему. – Никак ловишь кого?
– А, это вы, Яков Петрович? – удивился Виктор. – Что вы здесь делаете?
– Вот надумали прогуляться по реченьке, да движок заглох. На буксир не возьмешь?
Катер с красной полосой на борту подплыл совсем близко.
Виктор увидел сжавшегося, вобравшего голову в плечи, так что только торчком выглядывала серая кепка, незнакомого старика и уверенно восседавшего, прищурившего хитрые глаза Якова Петровича. Заметил рыбинспектор и распластавшуюся на корме рядом со стариком выпотрошенную царь-рыбу. Яков, плутовато ухмыляясь, глазами-паучками посматривал на рыбинспектора.
– Ну как, на буксир подхватишь? – в словах Якова зазвучала угроза. – А то вот у дедушки на прогулке поясница разболелась! Вона, как скрючило.
– Вы, Яков Петрович, всегда это с собой на прогулку берете? – словно не замечая ехидства и злобы в голосе Якова, показал Виктор на ружье. – Не ожидал я от вас, Яков Петрович. Несолидно!
Инспектор заглушил двигатель и, перемешивая сапогами мутную воду, подошел к катеру. Не взглянув на ощерившегося Якова, он перенес к себе ведро с икрой.