Так вот оно что! Значит холодная и неприступная Эль Ен тоже имеет сердце, и оно ещё оказывается тянется ко мне.
Как жаль, что у нас так мало времени, чтобы понять и узнать насколько мы близки друг к другу.
Мгновение перед прыжком в бездну. Вот всё что у нас есть.
…
Я плыл в пустоте. Наверное, вокруг меня мерцали звёзды, светилась отражённым светом Луна и Земля, а где вдали пламенело Солнце. Но всего этого, я не видел. Иллюминаторы, это излишняя роскошь в спасательной капсуле.
Моё кресло-кокон со всех сторон зажатое дополнительным оборудованием для гибернации мягко изгибалось под контурами тела. Удерживаемый на месте только ремнями безопасности я вот-вот могу взлететь на целых десять сантиметров и сразу же удариться об угол какого-нибудь прибора.
Тем не менее ощущения клаустрофобии у меня не возникало. Я знал, что всё это продлиться не больше получаса.
В договоре было чётко указано, что перенос начнётся сразу, как только я окажусь в зоне видимости космоджета заранее высланного Альфой.
Он подберёт меня (вернее уже ИскИна поселившегося в моей голове) и, как только будет проверено физическое состояние моего тела, наш «пакт о ненападении» официально начнёт действовать.
— Готовность тридцать секунд, — раздался голос Эль Ен в наушниках.
На губах всё ещё горел её поцелуй, но теперь это казалось какой-то выдумкой, фантазией. Тон голоса архимандритиссы был сух и спокоен. Это обычный «эксперимент», которых она провела уже тысячи тысяч.
Всё пройдёт, как нужно. Как задумано.
Так во всяком случае, я надеялся.
И даже мой запасной план, заранее обговорённый с отцом, скорее всего не понадобится. Тумблер с допотопным переключателем под пластиковым колпаком покоился на коленях моего папы. Я не видел этого, но знал, что так и есть. Дед был тому гарантом. Пусть Хрустальный Лотус целиком и полностью отказывалась вносить такие дополнения в конструкцию капсулы.
Но я был настойчив. Если не сказать категоричен. Нужно предусмотреть все возможности. Второго шанс у нас не будет.
— Десять, — начался финальный отсчёт.
Числа медленно плыли одно за другим, пока не прозвучал контрольное «ноль» и ворота в мой разум распахнулись…
Необычное чувство. Я вроде бы уже испытывал его, но тогда чужой интеллект был просто «программой», чем-то неживым. Теперь ж, я в полной мере ощутил настоящий, полноценный иной рассудок.
Он не стал говорить со мной или даже как-то наладить общение. А сразу преступил к делу. Стал деловито сжимать меня, готовя к полному уничтожению. Конкуренты в новообретённом теле Альфе были не нужны.
Как только, я ощутил это, сразу же дал команду своему «секретному оружию» начать ответную атаку. Квантиты активизировались и приступили к стиранию чуждого разума.
И почти сразу же, я понял, что-то идёт не так. Вместо почти мгновенной победы, где-то внутри меня раздался презрительный смешок.
— Тупые идиоты! Вы же не думали, что меня можно поймать на такой вопиющей глупости? Да, технология хороша. Пожалуй, я даже возьму её на вооружение. Но вот сам принцип…Наивно, очень наивно, — вышел на контакт ИскИн.
Меня передёрнуло. Тварь! Умная тварь!
Значит придётся мне покружиться на орбите вокруг Земли в заморозке, пока Эль Ен что-нибудь не придумает.
Открыв глаза и вынырнув из цифрового омута собственных синапсов, я произнёс ключевое слово.
Загудевшие вокруг меня механизмы подтвердили, что процесс гибернации начался. Сейчас по заранее вставленному катетеру мне введут смесь особых веществ, замедляющих жизнедеятельность, а специальные приборы создадут в капсуле зону стазиса с минусовой температурой. Я засну, чтобы проснуться уже в другом мире.
— Какие же вы предсказуемые. Опять пытаетесь перехитрить бога. Это даже становится смешным, — прозвучал у меня в голове голос Альфы.
И в ту же секунду меня окутала тишина.
Как?
— Неужели ты думаешь, что я рассказал тебе о всех моих возможностях? Те уровни доступа, которых ты достиг ничто по сравнению с моей истинной силой. Задумайся, червь, если я могу считывать информацию с любой электроники, то что мешает мне управлять ей? — насмешливо прозвучало где-то в глубине мыслей.
Я похолодел. Похоже и этот вариант провалился. Оставался последний…финальный для нас обоих.