- Пойдем-ка, деточка, пока дядя лавочник не стал ругаться.
Снова послышался звон колокольчика, и снова Мэлла оказалась на вьюжной холодной улице, но теперь впереди забрезжил луч надежды. Хотя, не смотря на это, Мэлла так и не рассталась со своей добычей. Кусок мяса просто перекочевал из ее рта, в тесный плен рук.
Глава 4.4
Домик старухи - именно старухи, за время дороги Мэлла успела это понять - находился на окраине. Не большой, но со стороны вполне уютный.
Оказавшись внутри, Мэлла поняла, что этот простой и чистый домик - лучшее место из всех, где она была за последние полгода.
Первый день они не обменялись больше не словом. Хозяйка дома посадила ее за стол, поставила перед ней пустую тарелку, дождавшись, когда Мэлла положит туда свое мясо, принесла хлеба и травяной напиток, такой ароматный и горячий. Пока девочка ела, хозяйка приволокла к печи какой-то тюфяк и даже накрыла его свежей простыней. Так что впервые за многое время девочка спала сытая, в тепле, на чистой постели, даже с подушкой и одеялом.
Мэлла спала спокойно, но по уже сложившейся привычке достаточно чутко. Несколько раз за ночь она просыпалась и прислушивалась к тишине дома, завыванию ветра за окном. Ее тело млело от тепла тлеющих угольков в печи, а все магическое нутро купалось в кружащей вокруг спящей в соседней комнате старухи силе.
В стенах ее маленького дома магия существовала свободно. Казалось, в ней можно плавать, отталкиваться от пола и плыть вверх, в стороны.
И все это при существовании охотников. От мыслей о них девочка еле сдержалась от желания спрятаться под одеяло.
Какой же сильный должна быть хозяйка дома, раз может скрывать такое? Да еще и смелая, раз позволяет магии ходить по дому свободной силой.
- Деточка вставай! – голос хозяйки не потревожил. Мэлла проснулась ровно в тот момент, когда та только встала с кровати, поскрипев половицами под ногами, но решила не подавать виду.
- Вставай, говорю! Я знаю, что ты не спишь. Иди завтракать.
Мэлла, продолжая кутаться в одеяло, поплелась к столу.
Ночью огонь не поддерживался, поэтому под утро стало прохладно. Но это нисколько не портило ощущения домашнего уюта, о котором так давно девочка мечтала. Она, казалось, уже начала забывать, какого это иметь дом.
И вот он – уют. Пахнет почти как дома - утренней овсяной кашкой на молоке.
И старуха такая улыбчивая.
Вчера Мэлла не могла толком ее разглядеть. Сейчас же жадно всматривалась в каждую ее черту, морщинки возле глаз, тонкие черты лица.
- Так, деточка, давай кушай, и мы простимся, - проговорил она, не отрываясь от своей тарелки, продолжив есть кашу.
Мэлла же, замерев, перевела взгляд и уставилась в свою тарелку.
- Ты, несомненно, хорошая девочки и вырастешь сильной колдуньей, но сейчас опасно быть вместе, - продолжила хозяйка дома.
- Но мне некуда идти…
- Ничего, деточка, как-то до встречи со мной прожила.
Мэлла, молча, доела кашу до последней ложечки. Ей очень хотелось бы сразу встать и гордо уйти, но понимание того, что еще неизвестно, когда в следующий раз получится поесть, заставило давиться, но оставить тарелку пустой.
Наконец, расправившись с едой, Мэлла снова подняла взгляд на хозяйку дома. Та сидела напротив и, как ни в чем не бывало, продолжала ей улыбаться. Потоки магии входили в нее и кружили вокруг так завораживающе, что Мэлла хоть и планировала, как поест, гордо встать и уйти, продолжала сидеть и следить за ними. И так этим увлеклась, что не заметила, как изменилось лицо ее собеседницы. Теперь это было не дежурное дружелюбие, а искренняя заинтересованность. Женщина прищурилась, склонила голову, что-то рассматривая, а затем, совершенно ошарашив Мэллу, простым жестом руки ухватила один из поток силы, словно это была осязаемая шелковая лента, что колышется на ветру.
- Как? Как вы это сделали? - не выдержала Мэлла и вскрикнула, указывая пальцем.
- Так ты их видишь?
Мэлла не стала отвечать, а только потупила взгляд, вдруг осознав, что раскрыла свой секрет.
- Так, дорогая. Давай начнем с начала. Я Бояна, - представилась женщина.
- Мэлла.
- Мэлла, а ты можешь так? - Бояна протянула руку и коснулась одного из потоков, что плыл между ними. Он заблестел, встрепенулся и потек все быстрее в руку, сквозь кожу, просачивался в ее плоть. Это было очень похоже на то, как Мэлла высвобождает из себя силу при колдовстве, только наоборот.