Лисята в младенчестве бурого цвета и очень похожи на волчат или щенков енотовидной собаки, но у них есть отличительный признак: у лисят, как и у взрослых лис, кончик хвоста белый.
Летом отцу и матери приходится охотиться день и ночь, чтобы накормить своих поджарых, длинноногих и прожорливых малышей. В радиусе 2–3 километров от гнезда они уничтожают всех или почти всех зайцев, много птиц, даже мышей здесь становится заметно меньше.
В это время родители предельно осторожны. Стоит человеку даже случайно наткнуться на выводковую нору, как в ближайшую же ночь лисята будут переведены в другое место, в запасную нору; их у лисиц на участке обычно несколько. Если щенкам грозит опасность, взрослые обнаруживают удивительное присутствие духа. Даже когда человек лопатой разрывает нору, они до последнего пытаются спасти своих детей — вывести через один из отнорков.
В полуторамесячном возрасте молодняк начинает ходить вместе с родителями на охоту и быстро осваивает все премудрости. В это время энергия и неуемное веселье переполняют лисят. Они беспрестанно в движении, играют между собой, пристают к старшим. Часто свои щенячьи восторги выражают визгом и лаем, иногда подвергая опасности себя и всю семью, — вдруг услышат их люди или волки.
К ноябрю сеголетки становятся взрослыми и начинают самостоятельную жизнь. Обычно они разбредаются кто куда. Самцы уходят подальше, за 20–40 и более километров, самки в среднем на 5-10 километров, редко дальше. Каждый ищет себе участок и брачного партнера. Мать изредка живет на одном участке со своими детьми до следующей "свадьбы".
Осенью в лисьем поголовье 40–70 % сеголетков. Это свидетельствует о высокой плодовитости лисицы и хорошей выживаемости молодняка.
Надо заметить, что у лисиц "чувство дома" развито плохо. Если их отловить и увезти подальше, они не будут стремиться во что бы то ни стало вернуться в отчий дом, а обоснуются на свободном участке. Разумеется, это не относится к родителям, выкармливающим потомство.
В неволе лисица живет 10–12 лет, на свободе же ее век гораздо короче. В популяции обычно половина численности приходится на молодняк, четверть — на второгодков, 12–15 % — на тех, кому идет третий год. За 3 года удается "перевалить" немногим — примерно десяти из сотни. А старше четырех лет лисы в природе совсем редки.
Хозяйственная деятельность человека лисице не только не вредит, но даже улучшает условия ее существования. Этот зверь охотно селится там, где вырублены леса, на осушаемых и распахиваемых болотах. Расширение посевных площадей также благоприятно для лисицы. По приспособляемости к самым различным условиям с нею рядом можно поставить разве что колонка.
Человека лисица не боится, если он ее, конечно, не преследует. Эти очень осторожные и недоверчивые звери, случается, живут не только около сел, но и в черте больших городов. Как-то мне пришлось видеть лисицу на окраине Хабаровска: она спокойно сидела у обочины шоссе и невозмутимо смотрела на автобус. А когда машина остановилась и люди с шумом стали выходить из нее, патрикеевна потихоньку, оглядываясь и словно улыбаясь, потрусила прочь. Однажды в Амуро-Уссурийском крае мне довелось наблюдать, как лисица спокойно смотрела на только что оторвавшийся от взлетной полосы с ревом надвигающийся на нее Ту-104.
В одном из оживленных районов Одессы долго жила и даже успешно размножалась лисица. Ее нора с пятью выходами помещалась в густом кустарнике около пешеходной дороги. Судя по тому, что в ее выводке было девять лисят, жилось ей в Одессе неплохо.
А в Новороссийске лисы облюбовали карьер цементного завода. Они так привыкли к людям, что не только не скрывались от них, но выходили им навстречу и брали угощение прямо из рук.
В некоторых районах Англии лисицы полностью освоили обширные сельскохозяйственные земли, начали заселять города: живут в парках, питаются у свалок, устраивают норы под складами. Обитают и успешно размножаются даже в центре огромного Лондона. В большом городе Бирмингеме лисы развели изрядную грязь — ведь эти звери не очень чистоплотны. Ветеринарная служба города с помощью охотников отлавливает лисиц и отвозит их в лес, а через некоторое время звери опять возвращаются в город.
Можно сделать вывод: если люди не преследуют животных и дружелюбны к ним, то четвероногие легко привыкают к человеку, не боятся его, живут с ним бок о бок. И не только лисы, но недоверчивые каменные куницы, и те поселяются в городах; их стало много в Воронеже, увеличилась их численность в Берлине, Берне. В Магдебурге их насчитывают более тысячи, на них стали охотиться прямо в городе.