— Принцесса! Почему Вы продолжаете делать такие опасные вещи? — вопрошала женщина. Но пусть в голосе и слышалось беспокойство, ее глаза сверкали озорством. — Бён Гёнбек, наверняка, был сбит с толку. — засмеялась она. — А как очарованно смотрел!
Но смех затих, когда Мелисса задумалась о собственных словах.
— Я беспокоюсь, — добавила она с тревогой. — Вы храбро беседовали с ним, но мы не знаем пределов его амбиций или того, что он может сделать для их достижения...
— Все в порядке, — заверила ее Лия. — Он не может добиться всего.
Гёнбек заглотил наживку, которой принцесса поманила прямо перед ним. К тому времени, когда мужчина узнает правду, будет уже слишком поздно, и планы Лии продвинутся так далеко вперед, что он не сможет ее остановить. Осознание этого облегчало душу.
— Не хотите ли прогуляться, графиня? — спросила девушка.
Мелисса ободряюще улыбнулась.
— С удовольствием, принцесса.
Вместе они направились в сад, и Лия намеренно выбрала менее посещаемые дорожки, чтобы у них появилась возможность прогуляться, не будучи подслушанными.
— Я хочу тебе кое-что сказать, — начала она, и глаза графини расширились. Принцесса рассмеялась. — Не волнуйся, все в порядке.
Взгляд женщины скользнул по шее Лии, скрытой высоким воротом платья. Без сомнения, она вспоминала то, что обнаружила этим утром. К счастью, в тот момент в комнате они были одни. Тогда на нежной коже девушки Мелисса увидела множество пугающих отметин, покрывавших ее тело в еще большем количестве, чем в прошлый раз. Особенно женщину поразили четкие отметины зубов на задней части бледной шеи.
Графиня не стала допытываться, решив вместо этого молча прислуживать своей принцессе. Как итог она одела Лию в скромное платье с высоким воротом, закрывающим ту до самого горла.
— Принцесса, — наконец произнесла она.
— Да, графиня.
— Вы знаете, что все, о чем бы Вы ни попросили меня, я сделаю без колебаний...
Мелисса встревоженно замолчала, явно беспокоясь о чести Лии и о том, как это может отразиться на ее безопасности. Графиня прекрасно понимала, что может случиться с нечистой невестой. И опасения женщины были вполне естественны, ведь она уже дважды наблюдала последствия “бурной любви”, оставленные на принцессе.
Разумеется она также слышала о произошедшем от графа Валтейна, видевшего Лию и Ишакана вместе на аукционе. Мелисса не всегда умела выражать свои мысли словами, но сейчас говорила без колебаний:
— Я слышала… Слышала, что цыгане продают зелья, способные навести морок. Говорят, что если употребить его, то мироощущение переменится. Зрение человека затуманится, и тот не будет способен различить сон и явь. Если Вам нужно... Я куплю его для Вас до Вашего отъезда...
Девушка поняла ход мыслей Мелиссы. Если бы оказалось так, что Лия потеряла свою девственность с Ишаканом, то она могла бы заставить Бён Гёнбека выпить зелье во время их первой брачной ночи и обмануть, брызнув несколькими каплями крови животного, чтобы испачкать кровать. В таком случае он и не заметил бы подмены.
Несмотря на собственный благородный статус, графиня не осуждала Лию. Всегда строго относившаяся к соблюдению этикета и норм морали, сейчас она даже вызвалась помочь ей, призывая солгать королевской семье и обмануть Бён Гёнбека.
— Я верю в Вас, принцесса, — сказала Мелисса. Ее сердце сдавила боль, отчего глаза увлажнились и покраснели. — Я верю, что у Ваших решений всегда есть причина. Но, пожалуйста, разделите со мной свое бремя, чтобы я могла помочь Вам нести его.
Графиня знала Лию лучше, чем кто-либо. Принцесса не рассказывала о трудностях и предпочитала решать проблемы лично, отказываясь от посторонней помощи. Но как бы та ни старалась скрыть свои несчастья от других, они, казалось, только удваивались. Чем больше решала она проблем, тем больше их появлялось, и Лия не хотела рисковать кем-то еще.
Принцесса осознавала ставки в игре и имела представление о конечном исходе. Как она могла раскрыть свои планы графине, когда они в результате закончились бы ее собственной смертью?
— Спасибо, — тихо прошептала Лия. Конечно, девушка была благодарна Мелиссе за беспокойство о ней. — Когда придет время, я попрошу тебя о помощи.
Настал день переговоров. Утреннее небо было ясным.
Поскольку сегодня состоится только первый этап переговоров, обе стороны пришли к согласию о конкретном числе представителей с каждой стороны. Для участия были направлены трое человек от Эстии и трое от Курканов. Конечно же, Лия представляла интересы королевской семьи, а придворный советник граф Валтейн и министр финансов Лоран помогали ей. Они первыми прибыли в зал переговоров и, осмотрев пустое помещение, заняли свои места. Валтейн и министр финансов изо всех сил пытались скрыть нервозность во взгляде. Они боялись Курканов. Однако особенно мужчин тревожило знание того, что принцесса собиралась предпринять на переговорах. Застыв, словно статуи, двое одновременно набрали воздуха в легкие, когда двери начали открываться. Лия встала в знак уважения.