Услышав ответ, мужчина стал более серьезным. Его последующая реплика ввела Лию в ступор:
— Ты съела коробку персиков?
Это был такой абсурдный вопрос, однако человек, задавший его, точно не шутил. По итогу Лия попросту не смогла ответить и уставилась на Ишакана. Он тяжело вздохнул.
— Ладно. Тогда пока просто присядь.
Взяв Лию за запястье, он оглядел помещение в поисках места, где можно было бы расположиться вместе. Но комната предназначалась лишь для созерцания королевской выставки тщеславия.
— Здесь негде присесть? — разочарованно спросил мужчина.
В конце концов он сел перед одной из скульптур, прислонился к ней и, похлопав себя по бедру, предложил его принцессе в качестве сиденья. Она была настроена скептически.
— В конце концов, стульев у нас нет, — пожал плечами Куркан, озорно улыбаясь.
Лия понимала, что Ишакан попросту пользовался ситуацией, но импульсивно все равно села ему на бедра. Мужчина учтиво и крепко обнял ее, но в то же время действовал осторожно, не распуская рук. Принцесса не смогла удержаться от хихиканья. Куркан вел себя как настоящий стул.
От груди и до самых кончиков пальцев распространилось ощущение комфорта и неизменного покоя. По телу пошли мурашки, отчего Лия непроизвольно вздрогнула. В этой странной ситуации девушка старательно сопротивлялась желанию уткнуться лицом в плечо Куркана.
Ишакан вытащил из кармана нечто, завернутое в коричневую бумагу. Когда он потянул за уголки, перед глазами девушки предстало печенье размером с ладонь. Сдоба была испещрена красочной смесью шоколадной крошки, фруктов и орехов. Печенье выглядело таким пышным и сочным, что, казалось, и половины хватит чтобы насытиться.
Мужчина оторвал часть бумаги обернул ей нижнюю половину печенья, а затем вложил съестное в руку Лии.
— Ты ведь не забыла о своем обещании?
Верно. Обещание принимать все, что он даст, до сих пор оставалось в силе. Лия долго смотрела на печенье, прежде чем осторожно откусила кусочек. Сладость мягкого и слегка влажного десерта пробудила все дремлющие в ней чувства. Девушка сглотнула и объявила, что печенье восхитительно.
При мысли о большем у принцессы потекли слюнки, но она протянула остальное обратно Ишакану, игнорируя изнывающие вкусовые рецепторы. Вместо того чтобы забрать сдобу, мужчина взял руку Лии и, поднеся к своему рту, откусил такой же маленький кусочек, как тот, что съела она.
— Вкусно, — произнес король. — Почему ты не ешь больше?
— Я не голодна, — ответила принцесса и быстро сменила тему, чтобы Ишакан не попросил ее съесть еще. — Пожалуйста, расскажи мне о королеве.
Когда девушке показалось, что смены темы будет недостаточно и Куркан снова начнет жаловаться на тему пищи, она добавила:
— Как ты узнал, что она цыганка?
Лия все ждала ответа, но время шло, а с губ Ишакана не слетало и слова. Принцесса уже собиралась еще немного поднажать, как вдруг мужчина усмехнулся и поднес руку девушки, до сих пор сжимающую печенье в пальцах, обратно к ее губам. Король знал, — Лия пытается помешать ему накормить ее. Но Ишакана так просто не обмануть.
— Я расскажу тебе, как только ты закончишь есть, — сказал он.
Улыбка сделала взгляд Куркана нежным и ласковым. Посмотрев в его глаза, принцесса согласилась и снова неспешно надкусила печенье.
Рецепторы на языке были рады вновь почувствовать богатый сладкий вкус, мягкую текстуру печенья, шумный хруст орехов и тающий шоколад, смешивающийся с кусочками фруктов. Лия испытывала эйфорию от этих ощущений, но все равно сожалела о содеянном.
“Не следовало откусывать тот первый кусочек... Не попробуй я его, сейчас бы могла намного легче контролировать свои порывы..." — теперь же мысли о печенье плотно окутали сознание девушки. Лия старалась забыть вкус, но тот прочно укоренился на языке и не хотел исчезать.
Пускай принцесса знала, что не должна это есть, она не могла остановиться. Импульсивное желание было чуждым, но голод заставляла девушку поглощать все больше и больше, пока печенье не закончилось, а невыносимый аппетит не исчез. Лия смутилась. Она лгала самой себе. Она не наелась.
Ишакан протянул руку и нежно коснулся уголков губ девушки, смахивая крошки печенья. Рефлекторно она сжала обертку.
“Испачкалась, пока так поспешно ела...” — и только тут девушка поняла, что съела печенье целиком.
Лие стало стыдно. Должно быть, она выглядела очень невоспитанной, пренебрегая всеми правилами этикета, чтобы насладиться закуской. К сожалению, это казалось повторяющейся закономерностью. Она не знала почему, но каждый раз рядом с Ишаканом, ее обычно ничтожный аппетит резко возрастал. Принцесса чувствовала себя виноватой за отсутствие самоконтроля.