Таким образом, получив признание от народа — легитимность — за то, что защищал его с помощью военной и финансовой мощи, а также приобретя права на наследование и поддержку аристократов со стороны Лии, Гёнбек станет настоящей угрозой положению наследного принца.
Изначально желание Бёна было простым. Он собирался жениться на принцессе всего лишь потому, что хотел иметь красивую жену благородных кровей. Однако теперь мужчина жаждал большего. Своими намеками на трон Лия раздула угли его жадности, и они начали полыхать.
— В этой стране полный бардак, — проворчал Хабан, — А принцесса так старается все разрешить в одиночку, жертвуя собой...
Ишакан улыбнулся и сказал:
— Везде, где встречаются Томари, проблемы неизбежны.
— А что насчет королевы? — поинтересовалась Дженин, раздвигая мискантус перед собой.
— Ну, меня это беспокоит.
Шедший позади Хабан со всей серьезностью спросил:
— Если королева — цыганка, владеющая магией, то разве дворцу не угрожает опасность?
— Поздно говорить об опасности. Весь дворец уже в ее руках.
Колдовство не было всемогущим. Работать приходилось долго, а условия для выполнения оказывались далеко не простыми. Но трудности возникали только в начале, — стоило колдовству вступить в действие, и его было уже сложно развеять. Кроме того, с течением времени магия продолжала набирать мощь, и, следовательно, разрушить ее становилось все труднее.
Прошло много лет с тех пор, как королева вошла во дворец. Это место наверняка пронизано ее заклинаниями. И вполне вероятно...
— Она могла околдовать и короля, — произнес Ишакан.
— Это должно быть довольно древнее заклинание. Промывание мозгов, верно?
— Возможно. Он — первый, к кому она обратилась.
Должно быть, потребовалось много усилий, чтобы завоевать любовь правителя и убедить изгнать предыдущую королеву.
Предводитель Курканов задумался:
“Поведение короля на том обеде было далеко не нормальным. Эта “промывка мозгов” началась уже давно и, наверняка, так глубоко укоренилась, что теперь он больше не может отличить свои мысли от приказов Кердины... Но главная проблема в том, что мы не знаем, насколько далеко королева зашла. Вряд ли она остановилась только на правителе.”
Ишакан нахмурился.
— Позови Моргу, — приказал он.
Дженин взглянула на Хабана, выражение ее лица потемнело. Женщине не понравилась эта идея.
— Если мы отправим Морга во дворец, — сказал Хабан, делая последнюю попытку убедить Ишакана не делать этого, — Мы можем потерять след Томари, за которыми следим в данный момент.
Король Курканов покачал головой.
— Другого выхода нет. Прямо сейчас этот вопрос гораздо более срочный.
Хабан и Дженин мрачно переглянулись. Ишакан устремил взгляд на горизонт, в направлении дворца Эстии, хотя тот находился слишком далеко, чтобы его можно было разглядеть. Губы мужчины изогнулись в улыбке. Он слышал тихий, дрожащий шепот Лии в своем сознании, согревающий глубины его сердца:
‘Я хочу жить.’
Ишакан отчаянно хотел исполнить ее желание.
Голова шла кругом. Лие казалось, словно все происходящее — это сон. Каждый раз, когда девушка вспоминала разговор с Ишаканом в Комнате Славы, ее сердце заходилось в бешеном ритме. Мрачная тень безысходности, что всегда витала над принцессой, теперь испарилась в свете обнадеживающего солнца.
Еще ничего не было решено наверняка. И тем не менее в глубине души девушки росла слабая надежда, уверявшая ее, что каким-то образом все образуется. Сама Лия никогда бы не испытала подобного оптимизма.
Мирная свобода разума длилась недолго. Незваный гость ворвался в кабинет принцессы, даже не предупредив о своем визите.
— Давненько я не видел твоего лица, Лия.
Девушка оторвала взгляд от просматриваемых документов.
— Ваше Высочество, — тихо сказала она.
Позади Блейна, стоявшего в дверном проеме, столпились служанки дворца принцессы. Им не удалось остановить внезапно ворвавшегося в резиденцию посетителя, и они, беспокоясь о Лие, последовали за ним. Оглядев новоприбывших, девушка вздохнула и отложила перо в сторону.
— Подайте чай, — приказала она.
Чай был предлогом, чтобы отправить служанок подальше, ведь те могли снова ввязаться в неприятности, как в прошлый раз. Блейн высокомерно сел на диван перед столом Лии, вытянув ноги. Серебристого оттенка волосы, такого же, как и у принцессы, мягко светились подобно луне. Девушка посмотрела на брата с явным безразличием.