— ...Владелец. — Ишакан коротко усмехнулся, повторив последнее слово Блейна. Лия, зажатая меж двух огней, посмотрела на Кердину.
Королева выглядела счастливой. Обычно ее спровоцировало бы любое проявление легкомыслия или неуважения к ее драгоценному сыну, поэтому принцессе подобная реакция показалась странной. Встревоженная, она не спускала глаз с мачехи.
Ишакан тоже мельком взглянул на Кердину и многозначительно улыбнулся.
— Похоже... это будет действительно веселая охота, — произнес он.
Золотистые глаза лукаво и загадочно блеснули.
— Не могу дождаться начала, — сказав это, Ишакан развернулся.
Блейн впился глазами в спину Куркана, прежде чем тоже отвернулся и потащил Лию к своему лагерю. Там он отпустил ее, приказав не двигаться с места.
Девушка наблюдала, как брат продолжал приготовления к охоте, — проверял тетиву лука, осматривал седло лошади и многое другое. За все это время Блейн ни разу не взглянул на Лию. Лишь когда все приготовления были завершены, он, наконец, обернулся к ней.
— Лия, — несколько грубо сказал принц, протягивая руку.
Девушка молча вложила в его ладонь платок, принесенный с собой. Это не был какой-то важный предмет, — просто некая вещица, которую она случайно нашла во дворце. И хотя Блейн, наверняка, знал об этом, он молча принял ткань. Парню было все равно, откуда та взялась, важно то, что именно Лия вручила ее.
— Хочешь оленьи рога? — спросил он, повязывая платок вокруг запястья. — Или лисий хвост подойдет?
Девушка знала, что брат будет продолжать беспокоить ее, пока она что-нибудь не выберет, поэтому ответила особо не задумываясь, без энтузиазма:
— Хочу волчий мех.
И не случайно волк пришел на ум первым среди множества зверей. Ее голова постоянно вспоминала об Ишакане. Лия не знала, куда деться от этих мыслей.
------------------------------------------------Прим. пер.:
* Колчан (реже тул) — часть снаряжения лучника, контейнер для ношения стрел.
Блейн был доволен ее покорностью, пусть и не искренней.
— Как тебе будет угодно, сестра. — он криво улыбнулся. — Жди здесь. Я достану тебе самую большую шкуру.
Принц удалился, уводя слуг и лошадей в лес. Убедившись, что брат ушел, Лия огляделась. Курканы тоже готовились к отбытию, седлая коней. Как ни странно, ни один из них не держал в руке хлыст, — они прекрасно умели обращаться с животными и без подобных инструментов.
Курканам намеренно выделили самых буйных охотничьих собак. Однако и те вели себя на удивление послушно, хотя жители пустыни совершенно не использовали лакомства или крики, которые обычно применялись для подчинения гончих. Охотников изумило то, как непослушные собаки, словно те уже были прекрасно выдрессированы, повиновались малейшему свисту и похлопыванию по бедру.
Слуги, находившиеся неподалеку, наблюдали за всем с любопытством и страхом. Их пугало это зрелище, ведь такой хороший контроль был основан на родстве варваров с животными. Внешне Курканы выглядели точно также как люди, но по сути являлись совершенно иными существами.
Лия некоторое время созерцала происходящее вместе со всеми, и, стоило ей немного повернуть голову в бок, как глаза тут же встретились со взглядом Ишакана. Стушевавшись, девушка тут же посмотрела в другую сторону и спряталась в отведенных ей покоях, решив не дожидаться отбытия Курканов.
Поведав о своем желании уединиться, принцесса велела сопровождающим дамам отдохнуть в палатке напротив. Она хотела немного перевести дух, прежде чем отправиться на соколиную охоту с Кердиной — королева изъявила желание пойти в лес с Лией, и девушка не могла отказать.
Прошло много времени с тех пор, как они в последний раз оставались наедине. Одна только мысль о том, что ей снова придется терпеть эту женщину, мгновенно истощила эмоциональный ресурс принцессы и вызвала тошноту.
— … — Оставшись одна, Лия неспешно прошла в глубь палатки.
Наконец остановившись, девушка вытащила из-за пазухи платок, совершенно отличный от того, который она отдала Блейну. По четырем углам белоснежной ткани, что покоилась в руках принцессы, золотыми нитками был вышит красивый узор, выполненный в эстийском стиле. Этот платок Лия лелеяла и часто носила с собой.
Однако сегодня она принесла его, чтобы отдать Ишакану, но, несмотря на свои намерения, упустила эту возможность. Девушку останавливали взгляды, следившие за ней и каждым ее действием. Когда укол сожаления больно вонзился в сердце, Лия с силой сжала платок в руках.
"Я просто отдам его, независимо от того, кто нас увидит...", — подумала она.
Впервые Лие захотелось действовать, не беспокоясь о том, что скажут другие. Но то были только мысли... Она лучше всех знала, что не сможет этого сделать.