***
Время шло довольно быстро. А для принцессы оно и вовсе неуловимо и стремительно неслось вперед, потому что она находилась далеко не в здравом уме.
Но в любом случае это не имело значения. Лия, наоборот, только и хотела, чтобы время ускорилось.
Завтра — день, когда Курканы должны будут уехать.
Несмотря на позднюю ночь, принцесса в одиночестве гуляла по дворцовому саду. Весь день Кердина изводила ее приказами. Девушка ужасно устала и хотела немедленно лечь спать, но не могла. Она была уверена, что Ишакан навестит ее сегодня вечером.
Лия так скучала по нему, но в то же время не хотела его видеть. Принцессе была невыносима мысль, что при встрече ей придется наговорить ему жестоких слов или бессердечно отвергнуть, чтобы оттолкнуть от себя.
Лучше бы Ишакан просто ушел. Если бы он это сделал, тогда Лия могла бы поверить, что любовь, о которой он шептал ей, была ложью, льющейся из его уст в попытке украсть секреты Эстии.
Тогда она могла бы закончить свою жизнь без сожалений.
Лия продолжала идти медленно, желая, чтобы король Курканов нашел ее, и в то же время надеясь, что он этого не сделает. Ее ноги, бесцельно бродившие по витиеватым тропинкам, остановились перед клумбами тубероз. Если точнее, перед тем что когда-то являлось клумбами. Сейчас вырванные с корнем цветы лежали на земле, — работа садовника, готовившего почву для новых растений.
Белые туберозы, беспорядочно разбросанные повсюду, были покрыты грязью и выглядели неприглядно. Внимательно осмотрев раздавленные и сломанные цветы, Лия нашла один, который все еще был цел.
В тот момент, когда она протянула к нему руку…
— …
Маленький камешек упал у ее ног. Девушка медленно подняла глаза.
На ветке дерева, прислонившись спиной к толстому стволу, сидел мужчина с зажженной сигарой в руке. Он выдохнул дым, и тот неторопливым туманом поплыл прямо перед его расслабленным лицом.
То, как мужчина глядел на девушку сверху вниз, казалось довольно естественным. Даже в темноте ярко-золотистые глаза пристально смотрели на Лию так, словно их обладатель знал, почему она бродит по саду, не в силах пойти в свою спальню.
Принцесса опустила взгляд и в ту же секунду окружила свое сердце прочной стеной. Она надеялась, что теперь этот мужчина не сможет проникнуть в ее чувства.
Как только Лия перестала смотреть на него, Ишакан потушил сигару и легко спрыгнул с дерева. Несмотря на значительную высоту, он приземлился беззвучно. Его движения были невероятно проворными.
От мужчины неторопливо тянулся свежий запах листового табака. Втянув сладкий аромат, едва коснувшийся кончика носа, Лия заговорила первой:
— Приветствую Вас, король Курканов.
Ишакан горько улыбнулся в ответ на почтительное обращение. Нахмурившись, он произнес:
— Существуют разные способы отказа.
Лия заговорила, все еще избегая его взгляда:
— Уже поздно. Встреча на заднем дворе дворца принцессы не сулит ничего хорошего, так что...!
Она прервалась на полуслове, удивленно вдохнув. Обжигающий жар пробежал по всему телу, обдуваемому прохладным вечерним ветерком.
— Довольно нравоучений.
Большие теплые руки крепко обнимали принцессу. Тихий голос нежно окутывал ее.
— Позволь мне обнять тебя на мгновение, Лия.
Слезы мгновенно обожгли глаза, и Лия сильно прикусила губу. Ей хотелось крепко обнять Ишакана и расплакаться. Хотелось уткнуться в него лицом и зарыдать во весь голос. Но это были лишь мысли, на самом деле, ей нельзя было даже положить голову ему на грудь.
“И все же… можно ли хоть ненадолго прильнуть к этому теплу?”
Принцессе следовало оттолкнуть Куркана, но она не могла. Чувство полного удовлетворения наполнило ее тело. Эмоции, которые девушка глубоко похоронила, снова всплыли на поверхность. В этот момент Лия находилась в самом безопасном месте в мире. Здесь никто не мог ее запугать. Здесь она могла наслаждаться полным покоем.
Ишакан молча обнимал принцессу, держа ее продрогшее тело, пока то не растаяло в его тепле.
— Ты сильно похудела с тех пор, как я видел тебя в последний раз.
Мужчина накрыл щеку девушки ладонью, но она отвернула голову. Прохладный ночной ветер пронзил разгоряченное тело и заставил Лию взять себя в руки. Она медленно приоткрыла губы:
— Возвращайтесь.
Принцесса по-прежнему не смотрела Куркану в глаза. Она не могла сделать этого. Лия была уверена, что если бы встретилась с ним взглядом, то ее сердце непременно оказалось бы в плену, а чувства вырвались наружу. Однако Ишакан не собирался следовать ее просьбе.
— Не хочу, — сказал он, усмехнувшись, а затем провел рукой по своим спутанным волосам и пробормотал. — В конце концов ты выбираешь Бён Гёнбека?
Лия почувствовала покалывание во рту. Слово “нет” так и вертелось на кончике языка. Склонив голову набок, Ишакан слегка встряхнул ее.
— Завтра я уезжаю. Ты все равно ничего не скажешь по этому поводу?
— ...С самого начала… — Лия подняла голову. — Между нами никогда ничего не было.
— …
Миндалевидные глаза с приподнятыми вверх уголками мгновенно сузились. Лия посмотрела прямо в них. Глаза, самого красивого цвета, который она когда-либо видела в своей жизни. Девушка представляла себе золотой песок пустыни, когда произнесла:
— Я никогда не давала точного ответа. Разве не было достаточно того, что мы какое-то время наслаждались обществом друг друга?
Резкие слова ранили больнее кинжала.
— Или Вы хотите, чтобы я заплатила Вам за секс? Курканы не кажутся такими уж бедными.
Губы Ишакана скривились.
— Если твоей целью было вывести меня из себя, то ты в некоторой степени в этом преуспела.
Лия увидела свое отражение в глазах мужчины. Оно было совершенно отвратительно. Девушку тошнило от самой себя, ведь она, после того, как получила от Ишакана столько любви и помощи, так чудовищно растоптала его сердце, даже сказав, что заплатит ему за секс.
“Надеюсь, он ненавидит меня также, как и я себя сейчас.”
— Лия.
“Спаси меня, Ишакан.”
Она проглотила слова, которые хотели вот-вот вырваться наружу.
“Что еще ты хочешь от него?” — вопрошала девушка у самой себя.
Ишакан являлся королем страны. Просить его взять в жены принцессу-марионетку было бы наглостью. Сдерживая мольбу, подступившую к горлу, девушка ожесточила выражение лица.
— Что для тебя Эстия?
Все шло совсем не так, как она себе представляла. Эмоции, которые она подавляла в течение нескольких дней, нахлынули волной, будто только и ждали этого момента. Лия попыталась скрыть прерывистое дыхание.
— Эстия — мое все. Страна, которую я люблю, и страна, ради защиты которой я рисковала всем. — хотя голос девушки звучал холодно, она говорила с запинкой. — Я родилась принцессой, поэтому и умру принцессой.
Было трудно выносить наплыв сумасшедших эмоций. Как можно крепче сжав обезумевшее сердце и переступая через себя, Лия закончила речь:
— Не вмешивайтесь больше в мою жизнь. Меня тошнит от этого.
Закусив нижнюю губу, принцесса отвернулась от Ишакана, словно убегая. У нее защемило сердце.
Говорить противоположное настоящим чувствам оказалось ужасно трудно. Несмотря на то, что девушке удалось удачно скрыть свои внутренние переживания, она дрожала как ребенок, который солгал впервые в своей жизни. Лия ощущала пристальный взгляд на спине. Она понимала, что не сможет и дальше вести разговор, потому сказала:
— Я вернусь первой. Надеюсь, что король насладится своей вечерней прогулкой в меру, поскольку скоро ему предстоит долгое путешествие.
Сделав первый шаг, принцесса услышала тихий шепот.
— Жизнь… — его голос был полон гнева, и Лия вздрогнула. — Да, это твоя жизнь. И ты всегда защищала ее…
Сильный импульс сотряс тело девушки. Одержимая сильным желанием она была готова повернуться, но сжала руки и едва сдержалась. Ногти глубоко впились в ладони. Боль и давление позволили ей остановить тело, прежде чем то повернулось бы к Ишакану лицом. На ногах словно повис тяжелый груз, Лие пришлось приложить немало усилий, чтобы сделать первый болезненный шаг, а потом второй.
— …!