Но руки, державшие хрупкое тело, оставались твердыми. Ишакан сунул ей в рот еще один палец, чтобы девушка не прикусила язык.
— Нет, Лия.
Мучительная боль пронзила Куркана. Нет, это была вовсе не физическая боль. Ее укусы и царапины для него ощущались подобно щекотке.
— Ты вольна делать все, что хочешь, однако вот этого я не допущу.
Мужчина не сводил глаз с мучавшейся от боли принцессы. Чтобы хоть как-то успокоить Лию, он постарался как можно крепче и в то же время нежно прижать ее к груди. Король потерся лицом о залитую слезами щеку и прошептал:
— Не говори таких вещей...
С безмерно подавленным взглядом Ишакан, держал принцессу в объятиях и продолжал что-то шептать ей. Глаза наблюдавшего за этим Морги задрожали, и маг поспешно склонил голову.
— …
Вождь и так понимал, что эта привязанность не была поверхностной. Однако в отличие от его смутных представлений, чувства Ишакана оказались гораздо глубже и сильнее.
Среди Курканов говорят, что представители племени волков, выбрав пару, навсегда отдают свое сердце исключительно ей. Но Морга не ожидал, что это когда-либо произойдет с Ишаканом.
Маг задумался.
“Не знавший поражения Король Курканов... Похоже впервые познает это чувство благодаря принцессе Эстии.”
***
Взгромоздившись на верхушку дерева, Хабан всматривался вдаль. Вот впереди показалась толпа мчавших на лошадях всадников, поднимающих в воздух густое облако пыли. Прищурившись и продолжая внимательно наблюдать за ними, Хабан заговорил с Курканкой, сидевшей ниже него.
— Дженин, ты помнишь, как впервые встретила Ишакана?
— Конечно помню.
Хабан из племени кошек и Дженин из племени волков были эскортом бывшего короля Курканов. Они являлись талантами, которых предыдущий правитель непосредственно отобрал в качестве личных стражей.
Находясь с ним бок о бок, они не имели другого выбора, кроме как наблюдать за его злодеяниями. Не выдержав, Хабан и Дженин в конце концов сбежали, но их быстро схватили и заключили в тюрьму. Ишакан появился как раз в тот момент, когда им было приказано выбирать между верностью и смертной казнью.
— Я никогда не видела существа столь могущественного и прекрасного, как он.
— И столь же опасного, — продолжил Хабан.
Дженин кивнула. Говорят, чем большей силой обладает Куркан, тем пуще им движут инстинкты. И хотя Ишакан часто курил табак, чтобы подавить их, леденящую душу дикость его природы скрыть было невозможно.
— Но все по-другому, когда он с принцессой, — сказала она.
Рядом с Лией Ишакан всегда был так спокоен, будто нашел свое пристанище.
— Думаю, что принцесса для него — идеальная партнерша.
Хабан скривил губы, наблюдая, как всадники подбираются все ближе и ближе. Даже перед сотнями рыцарей он не выказывал страха. Несмотря на очевидное численное преимущество с той стороны, глаза мужчины ярко сверкали от предвкушения. Бой и резня были самой сутью Курканов.
— Наследный принц лидирует. — произнесла Дженин, оглядев приближающуюся группу. — Этот парень слишком сильно мучил принцессу. Мы не можем позволить ему забрать ее.
Выслушав соратницу, Хабан сосредоточил свой взгляд на принце, возглавлявшем рыцарей. Наблюдая, как тот несется вперед, мужчина расхохотался.
— Если уж она так дорога ему, то он должен был с самого начала хорошо с ней обращаться. Теперь она наша.
— Ты прав. — убедившись, что Блейн находится в пределах ее досягаемости, Дженин подняла лук. — Она больше не принцесса Эстии.
Курканка медленно натянула тетиву. Мышцы на ее руках вздулись. Женщина непоколебимо прицелилась и в нужный момент выпустила стрелу. Проводив взглядом стремительно несущееся острие, Дженин с бесстрастием на лице произнесла:
— Она станет королевой Курканов.
Ей снился странный сон. Кошмар о жгучей боли. Невероятно яркий и реалистичный. Было так мучительно, что она даже задалась вопросом, а испытала ли бы она такую же боль, если бы ее тело горело в адском огне.
Окажись сейчас под рукой нож, девушка бы тут же вонзила его себе в сердце. Пытка была такой невыносимой, что все, что она могла — это плакать и молить о смерти.
Кто-то обнял Лию. Он крепко прижимал ее к себе, постоянно о чем-то ей шепча. Она не помнила, что тот говорил. Но среди агонии и страданий это нежное тепло и ласковый шепот были приятны. Она цеплялась за них в попытках преодолеть боль, и когда та наконец прекратилась, девушка потеряла сознание.
Казалось, прошло много времени. Лия не была уверена, сколько именно, но она долго блуждала в темноте прежде, чем наконец пришла в себя. Девушка поморщилась от легкой головной боли и открыла глаза.