Конечно, маг делал все возможное, чтобы избежать этого, но проблема заключалась в теле Лии. Оно было ужасно слабо. Девушка будто находилась на краю пропасти. Морга не мог с уверенностью заявить, что если применит сильную магию, он тем самым не навредит Лие.
И имелась еще одна проблема. Поскольку колдовство само по себе являлось негативной энергией, разрушающей и поглощающей жизнь, удержать новую жизнь было очень трудно. Другими словами, забеременеть становилось невозможным.
Морга посмотрел на Ишакана. Курканы, подобно зверям, обладали сильным инстинктом размножения и испытывали огромную радость от рождения детей. Однако когда маг поведал о сложившихся обстоятельствах своему королю, Ишакан спокойно, без особого волнения ответил:
— Мы должны держать это в секрете от Лии.
Женщина, неспособная понести ребенка, в Эстии считалась бесполезной. Это коснулось и матери Лии — ее выгнали после того, как рождение принцессы сделало ее бесплодной. Выросшая в подобной атмосфере и воспитанная с такими устоями, Лия наверняка пришла бы в отчаяние, узнав, что не может иметь детей.
Девушка и без того уже была морально истощена. Намерение Ишакана состояло лишь в том, чтобы избавить ту от ненужных переживаний и сосредоточиться исключительно на ее выздоровлении.
— Мы будем служить ей всем сердцем.
Погруженный в свои мысли, Морга подняла глаза на слова Хабана.
— Многие люди ждут Лию, — добавила Дженин.
Завтра они наконец доберутся до Курканата. Бежавшие из рабства наверняка с нетерпением ожидали прибытия своих освободителей.
— Мы заставим ее забыть Эстию! — крикнул Хабан, сжимая кулаки, но тут же закрыл рот. Он оглянулся на Лию, обеспокоенный тем, что потревожил ее, а затем, понизив голос, прошептал, — …В любом случае, теперь она наша королева, нет.. то есть Лия.
Его слова заставили Ишакана на мгновение рассмеяться. Затем он опустил взгляд на Лию, мирно лежавшую в его руках.
Ее тело было слишком маленьким и хрупким. Рассыпся оно от одного прикосновения — это бы даже не показалось бы странным…
“Как, черт возьми, ты выживала в одиночку все это время?”
Ишакан поцеловал локон Лии.
“Отныне тебе никогда не придется страдать в одиночестве. И я докажу, что все, чего ты достигла в качестве принцессы, не было напрасным.”
— -----------------------------------------
Атави́зм — появление у отдельных организмов данного вида признаков, свойственных отдалённым предкам, но отсутствующих у ближайших, то есть утраченных в ходе эволюции.
И вновь девушка оказалась в мире Морфея. Она вовсе не хотела спать, однако, как бы сильно ни старалась, не могла побороть навалившуюся усталость.
Во сне Лия убегала от чего-то. Она усердно мчалась вперед сквозь кромешную тьму. И наконец, долгий отчаянный бег дал свои плоды, приведя девушку к двери. Представший перед ней массивный кусок дерева был широко распахнут, а за ним сиял яркий свет.
Лия лишь успела протянуть к нему руку, но тут же упала, словно обо что-то споткнувшись. В тишине раздался звон цепи. Она оглянулась на скованные кандалами лодыжки, и в тот же момент дверь захлопнулась.
Свет исчез и мрак вновь заполонил все пространство. Девушка принялась лихорадочно колотить в наглухо запертую дверь, когда цепи вдруг натянулись и потащили ее назад, в беспросветную черноту.
— ...Ааа!
С коротким вскриком Лия проснулась. Взгляд сразу же встретил знакомое золото. Теплые глаза, смотрящие на нее сверху вниз, мгновенно перекрыли волну страха и принесли чувство облегчения. Девушка глубоко вздохнула.
Ишакан стянул ткань, закрывавшую нижнюю половину его лица. Затем погладил Лию по волосам и спросил:
— Приснился кошмар?
Она слабо кивнула и уткнулась лицом мужчине в грудь, запоздало осознав, что сидит на лошади в его объятиях. Сколько дней она проспала на этот раз? Девушка выглянула за плечо Ишакана, а затем огляделась вокруг. Пейзаж полностью изменился. Голая пустыня осталась далеко позади, а перед глазами теперь простиралось целое море зеленого цвета. За зарослями пальм и травы скрывались уникальные постройки, коих она раньше не видела.
Этот архитектурный стиль никогда не встречался в Эстии. Вереницы белокаменных зданий, сочетавших в себе как прямые так и кривые линии, заканчивались королевским дворцом Курканата.
Куполообразная крыша, четыре остроконечных шпиля, арочные двери и окна придавали замку элегантность, но в то же время и некую загадочность. Лия, безостановочно озиравшаяся по сторонам, опустила взгляд. Путь, по которому шла лошадь, был вымощен камнями, что складывались в прекрасные утонченные узоры.