Лия подняла голову. Она хотела помочь ему. Видя интерес девушки, Ишакан вздохнул и через какое-то время заговорил.
— Есть только одно свободное место, — нахально сказал он с нетерпением ждущей Лие. — Королева Курканов.
— …
Лия уставилась на мужчину, не зная, что сказать, а он вызывающе поднял брови, как бы спрашивая “что-то не так?”. Приглушенным голосом девушка пробормотала:
— А если я откажусь…
Ишакан улыбнулся, приблизившись к ее лицу.
— Ты собираешься отказать, Лия? — Его глаза сузились в ухмылке. — Мне?
Стоило Лие потерять бдительность, как она тут же оказалась сражена обворожительной улыбкой Ишакана. Девушка и так знала, что он был исключительным и красивым мужчиной, однако временами реальность обезоруживала и заставляла ее откровенно смущаться. Прямо как сейчас.
Ишакан, чей острый взгляд смягчился, когда тот посмотрел на нее, был великолепен. И только перед Лией он показывал такого себя.
Она никак не могла отказать этому мужчине.
Девушка покачала головой и прижалась к его груди. Ишакан же обнял ее, будто только этого и ждал. Аккуратные и ласковые поглаживания спины одновременно ощущались горячими и уверенными.
— Я думала, что оставила все позади...
Лия услышала звон цепей в ушах. И хотя она понимала, что это не по-настоящему, ее охватило ужасное желание посмотреть на лодыжки. Но девушка так и не осмелилась этого сделать, боясь обнаружить, что ее на самом деле сковали. Лия осторожно засунула ноги под одеяло.
— Я все еще думаю об Эстии, — призналась она, пытаясь убежать от мучающих ее теней. — Это…тяжело...
Положив руку на затылок девушки, Ишакан притянул ту к себе. Щека прижалась к твердой груди.
— Не думай ни о чем. Просто засыпай. Хорошенько выспись, а когда проснешься, все будет в порядке.
Лия закрыла глаза. И полдня не прошло с ее пробуждения, но она снова заснула в его объятиях, надеясь, что завтра сможет бодрствовать немного дольше.
***
Тело двигалось вразрез с желанием. Лия противилась этому, хотела крикнуть “нет”, но ни звука не слетело с ее губ. Держа острый кинжал, она подошла к крепко спящему мужчине.
Его сон не был чутким или настороженным, но стоило девушке приблизиться вплотную, как его глаза медленно открылись. И в тот момент, когда Лия встретилась с золотым взглядом, она вонзила кинжал в сердце мужчины. Ужасное ощущение разрезания человеческой плоти передалось прямо в ее руки.
Только тогда девушку освободили от пут. Лия наконец могла говорить, однако не произносила ни слова. Она лишь смотрела на результат своих деяний. Вместо растерянной девушки, именно Ишакан первый сдвинулся с места.
— Все нормально, — сказал он, обнимая ее. — Все в порядке, Лия.
— Почему, почему… — затараторила Лия, когда горячая кровь начала разливаться вокруг.
Он мог помешать ей, но вместо этого просто наблюдал, как та вонзила в него кинжал. Заправляя прядь волос за ухо Лии, Ишакан прошептал:
— Я не хотел, чтобы ты случайно поранилась, когда я уворачивался.
Вздрогнув, Лия проснулась. Грань между сном и реальностью была размыта. Девушка запаниковала, перевернулась и упала с кровати.
Свернувшись калачиком на полу, Лия подавила вскрик боли, а затем мигом бросилась проверять свои руки. Стоило ей убедиться, что те чисты и нет ни намека на кровь, облегчение и отчаяние нахлынули одновременно.
То был сон. Однако он мог стать реальностью в любой момент. В голову закралось убеждение.
“Я должна вернуться в Эстию.”
Безрассудная, сильно въевшаяся в мозг мысль. Ей здесь не место. Она должна вернуться в Эстию, там ей и предначертано быть.
Пошатываясь, девушка поднялась на ноги и побежала к ближайшему выходу — окну, закрытому тонкой занавеской.
Она отдернула легкую ткань, и прохладный ночной ветерок тут же коснулся ее лица. Лия пришла в себя, словно от пощечины.
— …
Девушка непонимающе уставилась на улицу. Тусклый лунный свет освещал белокаменные здания, а пальмовые листья колыхались на ветру, который разносил по округе умиротворяющий шелест. Сдерживавшая дыхание Лия наконец выдохнула и медленно опустилась на пол, закрыв лицо руками.
Тело пробивала мелкая дрожь. Девушка беспомощно рассмеялась. Только теперь она по-настоящему поняла.
“Я не в своем уме.”
Сделав Лию марионеткой, Кердина уничтожила не только ее тело, но и разум.
Девушка полагала, что уже достигла дна, но бездна отчаяния не знала конца. Просто поразительно, что ниже этой ступени располагался еще худший ад.
Оставшись одна в темноте, Лия вдруг оглянулась и испугалась. В лунном свете, льющемся через окно, пара ясных глаз наблюдала за ней.