— Но колдовство… — поспешно заметил Морга.
— Королеву нужно схватить живой, — сказал Ишакан.
— ……!
Такое решение было совершенно неожиданным. Морга уставился на короля.
— Распознайте все заклинания, наложенные на Лию до того как начнется сражение, — добавил Ишакан. — И я бы хотел, чтобы ты…
Король поведал о своей задумке, и по мере объяснения глаза мага становились все шире.
— Возможно ли это?
Обычно — нет. Но с Ишаканом — вполне допустимо. Это стоило попробовать.
Колдун крепко сжал руки. Путь Ишакана никогда не был легким. С того дня, как Морга впервые встретил его, и до сих пор король всегда шел по непреодолимой тропе. Он достиг того, о чем другие говорили “не выйдет”, и в конце концов поднялся на трон Курканата.
Для Морги Ишакан стал путеводной звездой. Маг не сомневался, — каким бы неопределенным ни был путь, он всегда может доверять своему королю и следовать за ним. И на этот раз он, разумеется, поступит также. Морга твердо кивнул и ответил:
— Я сделаю это.
— Воины готовы, — с энтузиазмом сказал крупный рослый мужчина — вождь медвежьего племени. — Они могут отправиться на войну в течение месяца.
Ишакан стряхнул пепел из трубки и прищурил глаза.
— Я не хочу массовой, тотальной войны, — сказал он.
Один из вождей племени собирался спросить почему, но закрыл рот, запоздало вспомнив, что невестой короля была принцесса Эстии.
Лия многим пожертвовала, чтобы защитить это разваливающееся королевство. Она любила Эстию, и ради нее Ишакан постарается заполучить ее в свои руки, сведя ущерб к минимуму.
— В таком случае, что, если мы сначала захватим дворец, а потом уже поглотим и страну? — спросил обладатель довольно равнодушного взгляда, вождь лисьего племени, и объяснил примерный план действий. Они тайно соберут войска близ столицы, а затем займут королевский дворец одним днем.
Безопасность в центре Эстии уже была подорвана наплывом Томари со всего континента. Благодаря ослабленной границе проникнуть в столицу стало легко.
И хотя Бен Генбек мог помешать, с ним впору было справиться, разделив армию на двое. Одна часть увела бы его войска в сторону и, тем самым, отвлекла от захвата столицы второй группой.
— Однако тотальная война с Бен Генбеком неизбежна, — сообщил Ишакан с широкой улыбкой. — Если это против графа Оберде, то она не будет снисходительна.
Получив общий план действий, все начали обсуждать детали. Каждый из племенных вождей был волен высказать свое мнение, и хотя они иногда спорили друг с другом, последнее слово всегда оставалось за Ишаканом.
Всеобщее собрание предполагало не только обсуждение захвата Эстии, но и многих других насущных вопросов. Из-за долгого отсутствия Ишакана дел скопилась целая куча.
Через несколько часов было решено сделать небольшой перерыв. Отложив трубку, король Курканов посмотрел на вождя медвежьего племени и произнес:
— Говорят, финики, выращенные на вашей территории, особенно сладкие и вкусные.
— ...Да?
— Не мог бы ты принести немного?
— …
Вождь племени застыл на месте, не зная, что сказать. Ишакан никогда раньше не обращался с подобной просьбой. Сбитый с толку мужчина, запоздало произнес:
— Е.. ешьте, конечно, сколько вашей душе угодно... — он так удивился, что даже стал заикаться, отчего выглядел несколько комично на фоне крупного телосложения.
В отличие от вождя, Ишакан оставался спокоен:
— Выбери те, что самого высокого качества, — сказал он и добавил, — Не я буду их есть.
"Вы подарите их своей невесте..."
Быстро сообразивший вождь медвежьего племени без колебаний громко ответил:
— Я выберу самые высококлассные из высококлассных и отправлю вам!
Глаза Ишакана округлились.
— Если, кроме фиников, есть еще что-нибудь вкусное, принеси и это. У моей невесты плохой аппетит, поэтому нужны разные варианты, чтобы ее накормить.
При упоминании девушки глаза короля сощурились в улыбке и приобрели форму полумесяца. Взгляд мягкий и ласковый, как мелкий песок под босыми ногами. Впервые увидев Ишакана таким, вожди племен пришли в замешательство.
Он был снисходителен к своим подчиненным, но то являлось лишь поверхностным прикрытием. За кажущимся непринужденным обликом всегда скрывалась острая, словно хорошо выкованный острый меч, натура. Бросающая в дрожь природа, о которую, казалось, можно порезаться увидев лишь мельком.
Но теперь со сладкой, как сахар, улыбкой на лице Ишакан походил на меч, обретший подходящие ножны. Внешне сохраняя спокойствие, вожди племен обменялись взглядами, разделяя одну и ту же мысль: