— Думаю, мне лучше идти, — извинился он, собирая свои вещи, и медленно двинулся к выходу без дополнительных подсказок.
Ни Блейн, ни Кердина не сделали ничего, чтобы остановить его. Граф поспешно вышел из комнаты. Даже присутствовавшие служанки молча вышли из зала, чтобы дать им возможность уединиться.
Когда в комнате остались только Блейн и Кердина, принц, наконец, открыто посмотрел на мать:
— Это Вы сделали?! — тут же требовательно спросил он.
— Что сделала? — спросила женщина, разыгрывая замешательство.
— Принцессу вырвало кровью, и затем она тут же лишилась чувств. — зашипел парень, — Я спрашиваю, это Вы ее отравили?
Королева лишь по-совиному удивленно моргнула. Блейн закатил истерику, а Кердина только продолжала хлопать ресницами. Когда принц наконец закончил, она ответила холодным голосом:
— Почему ты об этом думаешь? — спросила в вежливой манере женщина, но это только еще больше разозлило Блейна.
— Потому что такие поступки свойственны именно Вашему характеру!
— Блейн, мой любимый сын, — тихо выдохнула Кердина, откладывая лисий мех в сторону.
Она встала, не торопясь подошла к парню и осторожно заключила его в свои объятия.
Почувствовав прикосновение, Блейн вздрогнул. Все его конечности окоченели, не в силах оттолкнуть мать. Рука женщины поднялась к затылку сына, скользнула вниз по шее, а затем повторила движения в успокаивающей манере.
Ее губы зашевелились, и Кердина прошептала прямо ему на ухо:
— Разве ты не сказал, что она твоя? — спросила женщина довольно холодно, — Так зачем же мне вмешиваться в твои дела?
— Мама...
— Почему ты все время беспокоишься? — поинтересовалась Кердина, наконец отстранившись, чтобы посмотреть Блейну в глаза. Тот, в свою очередь, нахмурил аккуратные брови. — Ты боишься, что ее украдут? Какой-то… дикарь? — спросила она, приподняв бровь.
— Я просто беспокоюсь о ее чистоте. — неохотно признался парень.
— Ах, — сказала королева с мягкой улыбкой, — Значит, тебя беспокоит только ее непристойное поведение и то, сохранила ли она свое целомудрие?
Было довольно забавно наблюдать, как сын волнуется. Кердина с легкой нежностью наблюдала, как Блейн крепко стиснул зубы.
— Не волнуйся, сын мой. — сказала женщина, легонько похлопав того по плечу. — Как только переговоры закончатся, ты будешь признан единственным наследником короля.
‘Тебе не нужно беспокоиться об этом. Я могу достать для тебя все, что пожелаешь.’ — именно эти слова Кердина повторяла ему много раз. Голос матери звучал в ушах парня как колыбельная.
В итоге, Блейн отвернулся, показывая свое недовольство. В контрасте с яростными эмоциями, бушевавшими в парне с тех пор, как Лия упала в обморок, сейчас перед Кердиной предстал умиротворенный принц . Женщина с жалостью посмотрела на Блейна, прежде чем продолжить:
— Поверь мне, я тоже была потрясена, когда услышала, что случилось с принцессой, — заверила она, — и если тебе удастся навестить ее, передай мои пожелания о скорейшем выздоровлении и дай ей время хорошенько отдохнуть.
— Хорошо, но Вы, тем временем, оставьте ее в покое, — сказал принц, и Кердина кивнула, как бы отмахиваясь от его беспокойства.
— Да, да, пока она полностью не поправится, я смогу даже изменить ее расписа..
— Что?! Нет! — внезапно взорвался Блейн, вырываясь из рук матери.
Женщина потрясенно посмотрела на него. Глаза Кердины широко раскрылись от удивления, стоило сыну снова в ярости закричать:
— Не приближайся к ней! — требовал он. — Никогда!
— -------------------------------------------------
Прим. пер.:
Горже́тка — маленький меховой шарф или цельная (с головой, лапами и хвостом) шкурка пушного животного, которую носили на шее как аксессуар к женским часто декольтированным платьям, а также на пальто в качестве воротника.
Кердина потеряла дар речи, продолжая ошеломленно смотреть на Блейна. После напряженной паузы она нарушила тишину:
— Но я делаю это ради тебя! — воскликнула женщина возмущенно.
Блейн предпочел не отвечать, даже когда услышал резкий пронзительный тон ее голоса.
“Уж лучше промолчать.”
Принц считал мудрым не говорить матери о своих собственных взглядах и мыслях касаемо ее решений — не важно были ли они правильным или нет.
Грудь Кердины то вздымалась, то опускалась. Женщина недоуменно смотрела на сына, ожидая что тот начнет как-то наступать в ответ. Однако тишину комнаты наполняло лишь ее хриплое дыхание.
Через несколько мгновений королева, наконец, успокоилась достаточно для того, чтобы снова вернуть себе королевскую осанку. Словно забыв о своем недавнем всплеске эмоций, она одарила Блейна еще одной любезной улыбкой. Конечно, та была фальшивой, поскольку внутри женщину обуревали совершенно другие чувства.