У Ишакана также возникло сильное желание задушить королеву Эстии. Образ ее тела, лежащего лицом вниз на траве в разорванном в клочья платье, казался заманчивым. То, что Кердина надела этот наряд, было просто оскорблением и надругательством в отношении пурпурных тканей. И единственное спасение для них — быть порванными в клочья.
Однако мужчина спокойно выдохнул. Если бы он действовал импульсивно, Лия попала бы в беду. Так что у него не было другого выбора, кроме как сдерживать свою ярость.
— --------------------------------------------
* Прим. пер.:
Тирийский фиолетовый (Древнегреческий: πορφύρα Porphúra; латинский: пурпура), также известный как Финикийский красный, Финикийский фиолетовый, королевский фиолетовый, императорский фиолетовый, или же императорский краситель, красновато-фиолетовый натуральный краситель.
Деликатная атмосфера, воцарившаяся за обедом, походила на тонкий лед, который мог расколоться в любой момент. Между Лией, Ишаканом и Кердиной бушевала безмолвная война. Острое желание каждого человека превзойти или защищать другого скрывалось за их наружностью.
Только король Эстии, ничего не замечая, расплылся в широкой улыбке и объявил о начале обеда.
Прозвенел маленький колокольчик, и на тщательно сервированный стол подали закуски. День стоял теплый, а из сада доносился восхитительный аромат цветов.
Утонченный вкус блюд, приготовленных дворцовыми поварами, вызывал восхищение и контрастировал с напряжением, витавшим в воздухе. Шаткое равновесие, танцующее на краю обрыва, могло легко с него сорваться.
За обедом беседу вели король и Кердина. Ишакан не принимал в ней особо активного участия, но умеренно реагировал на то, что те говорили.
— Похоже, Эстия и Курканы были вовлечены в бесполезную истощающую войну. Если бы мы имели возможность поговорить раньше, уже сейчас между нами царил бы мир.
— Действительно, очень жаль, что оба народа пожертвовали столь многим, — Кердина издала легкий смешок, в ее тоне чувствовалось безразличие. Блейн же молча положил вилку на стол, покончив с едой, скривил рот и рассмеялся.
Обед продолжался в сопровождении светской беседы. После закуски принесли основные блюда. Лия, пробовав первое — жареную сельдь с нежной сметаной, — почувствовала себя так, словно ей в горло вонзился шип. Несмотря на мягкую текстуру еды девушке было трудно и больно глотать.
Лия уповала на то, что Блейн не будет приставать к Ишакану, который и так терпел все ради нее и не устраивал сцен.
— …? — что-то коснулось ноги принцессы.
Неосознанно она посмотрела на противоположную сторону, и глаза Ишакана слегка прищурились в улыбке. Яркие и сияющие, они были полны озорства. Лия могла только догадываться, что задумал мужчина. Она слегка оттолкнула его, уперевшись ногой в его туфлю.
Мероприятие проводилось в палисаднике, поэтому стол был небольших размеров. Вокруг него расположилось примерно восемь человек. План рассадки стратегически структурирован. Данную схему королевская семья разработала для дипломатических средств. Самые важные люди сидели ближе всех; чем меньше было расстояние, тем сильнее подчеркивалась близость во взаимоотношениях с королевской семьей.
Если учесть телосложение Ишакана, то он был достаточно высок, чтобы дотянуться ногами до противоположной стороны.
Возможно, мужчина толкнул стул принцессы как намек, что для него тот оказался маловат?
“Надо ли сказать прислуге поменять стул?” — округлив глаза, подумала Лия.
Вместе с тем, лицо девушки вспыхнуло, стоило ей подумать о последствиях. К ее глубочайшему ужасу, подобная просьба в текущий момент стала бы ошибкой и полнейшим позором. Движение под столом тем временем становилось все менее двусмысленным.
Нежное прикосновение толкнуло туфли Лии. Ее обувь скользнула по гладким шелковым носкам и, слетев с пятки, упала с ног. Девушка, в попытке снова надеть исчезнувшие туфли, торопливо вытянула ноги, но наступила лишь на мягкую траву.
Лия щупала ногой землю в поисках обуви, как вдруг что-то легонько ударило ее по боковой стороне ступни. Это оказался носок прочного, искусно сделанного ботинка. Принцесса ощутила прохладу дубленой кожи сквозь разделявший их шелк. Затем мужская туфля аккуратно наступила на верх носка; легонько, так чтобы не сделать девушке больно, но оставить грязь.
Лия подтянула ноги ближе к себе и посмотрела вниз. Перед ее глазами предстало черное пятно, появившееся на белых шелковых носках. Девушка поджала пальцы ног, щеки ее запылали. Принцесса зарумянилась, жар добрался до шеи. Слегка рассерженная его мелкими проделками, она смотрела на Ишакана. Казалось, мужчина был в восторге от того, что ему удалось подшутить над Лией. Увидев ее в волнении он фыркнул.