— Я… — начал говорить он, но голос сорвался.
Лия уставилась на мужчину. Взгляд золотых глаз, который некоторое время назад полыхал гневом, смягчился.
— Если я скажу, что возьму на себя ответственность...
Силы мгновенно покинули принцессу. Душевная борьба стихла, девушка затаила дыхание.
Словно околдованный, Ишакан, не мигая, уставился на Лию. Следующие слова, которые он произнес с осторожностью, стали подтверждением их отношений.
— Тогда что ты будешь делать?
***
Блейн неподвижно стоял, уставившись на пустой стул. Однако, сколько бы ни смотрел на него, принц знал, — она уже не вернется. Время не отмотать назад, а человека здесь больше не было.
Его зубы сильно прикусили замерзшие губы, и негодование вырвалось наружу:
— Хах...Черт… — несмотря на то, что король сидел рядом, Блейну было все равно, и он выругался.
*БАМ!*
Парень излил свою ярость на стол, что сотрясся, гремя фарфоровой посудой. Нетронутые бутерброды и деликатесы, перевернулись в воздухе и смешались с другой едой. Бокал с вином опрокинулся и разбился об пол.
Резкий пронзительный звук, столкнувшегося с землей и разбившегося вдребезги стекла, разжег ярость Блейна.
Он тут же схватился за край скатерти и стащил со стола. Вместе с ней потянулась вся посуда и ранее прекрасно сервированная еда.
*БАХ!*
*ГРОХ!*
*ЗВЯК!*
Блейн выругался и разбросал оставшиеся стаканы и тарелки повсюду. Острые вилки и ножи полетели за спинами дежуривших горничных. Но, к счастью, им удалось увернуться от атаки серебра.
Никто не мог остановить принца.
Даже король ничего не сказал и только с тревогой наблюдал за действиями парня. Лишь когда Кердина вернулась к обеду, Блейн, дававший выход своему гневу, прекратил разрушение.
В новом элегантном платье и с напудренным лицом Кердина появилась с присущим ей королевским видом. От нее больше не пахло алкоголем, скорее, теперь от ее тела исходила эссенция жасмина, даруемая ароматными духами.
Восстановив отточенное самообладание, женщина вернулась к обеду и посмотрела на пустые стулья, за которыми когда-то сидели Лия и Ишакан. Правда они уже давно удалились, и остались только Блейн и король.
Увидев сына в таком состоянии, она прижала руку к груди:
— Блейн...
Король, которого безмерно обрадовало возвращение жены, даже не был замечен Кердиной. В поле зрения женщины находился только Блейн. Тяжело дыша, парень медленно поднял глаза, чтобы встретиться с ней взглядом.
— Я с уверенностью считал, что это мое, но, очевидно, таковым не было. — пробормотал он с дрожащими глазами.
Было ясно как день, что принц находился в состоянии безумства.
— Похоже, даже если бы я стал королем, я не смог бы победить его. Недостаточно просто быть королем Эстии.
Глаза Блейна сверкнули, в ледяных радужках сформировалось злое наваждение. Зрачки расширились, переполненные маниакальным бредом. Улыбка растянулась на губах, исказив лицо парня.
— Если бы только у меня было больше власти. — зловещий тон, лежащий в основе голоса, в полной мере передал его дурные намерения.
При этих словах глаза Кердины расширились. Однако ее реакция была вызвана отнюдь не тем, что ей больно видеть страдания своего любимого ребенка.
Скорее…
— Да, мой любимый Блейн...
Всепоглощающая радость наполнила женщину, когда та прошептала свое согласие, сразу же поняв ход мыслей принца. Такова была их связь как матери и сына.
— Отсутствие власти — это, действительно, большая помеха. Поэтому будь жадным, амбициозным и стремись к власти.
— Мама...
Кердина ласково улыбнулась Блейну, охваченному плохими эмоциями — неадекватностью и завистью. Она подпитывала его порочные желания сладкими словами поддержки. Атмосфера фальшивой привязанности и любви опустилась на обед, полностью разрушенный всего несколько минут назад.
— Ты будешь занимать самый высокий пост на континенте, Блейн.
Лия понимала, что ей следовало помешать Ишакану, попросить того прекратить. Его слова были бессмысленны, и в этой ситуации политика и любовь вместе привели бы только к одному — к катастрофе.
Ни один из них не мог подобрать подходящих слов. Словно перетягивание каната. Тонкую грань можно было пересечь в любой момент, но ни один из них не хотел отпускать веревку.
Пусть заявление мужчины и звучало неправдоподобно, какая-то часть души девушки желала ему поверить. Ей так сильно хотелось положиться на Ишакана...
Однако Лия чувствовала себя нелепо. Как она могла доверять врагу своей страны? Их цели противоречили друг другу, а сердца расходились во мнениях: каждый преследовал интересы своих народов. С одной стороны, Ишакан — самый могущественный король, правящий Курканами, а с другой — Лия — практически беспомощная принцесса, изо всех сил пытающаяся спасти страну.