Пристально смотря на кучера перед собой, Ишакан коротко спросил:
— Он мертв?
— Ты хорошо справился с контролем своей силы, Ишакан. — она указала вокруг.
Хабан занервничал из-за невежественного ответа Дженин и добавил:
— Я думаю, он мертв.
— Нет. Он еще не умер.
Вслед за этим мелким препиранием, Хабан принялся проверять пульс кучера. В заключении не было ничего интересного:
— Он не умер.
Хабан с сомнением покачал головой и прищелкнул языком. Дженин приподняла подбородок, подав тем самым знак мужчине и как бы подтверждая свое превосходство. Ишакан, посмеялся над их молчаливой перебранкой, закурил табак и сказал:
— Он — третий?
Хабан топнул ногами, когда с побагровевшим от злости лицом произнес:
— Это, конечно, не похоже на совпадение.
В настоящее время Ишакан выслеживал Курканов, порабощенных в Эстии. Он уже выяснил местонахождение сородичей, которых продавали аристократам и богатым купцам.
В процессе выуживания Курканов, подверженных опасности оказаться пойманными и проданными, они неожиданно столкнулись с многочисленными трудностями. Каждая зацепка приводила к провалу, их группа опаздывала всего на несколько часов. Это самая неприятная проблема, с которой они постоянно сталкивались, выслеживая сородичей.
Подтверждали, что Курканов купили. Группа отслеживала и загоняла в угол работорговцев, коих уже насчитывалась целая вереница, однако путь их торговли оказывался лабиринтом. Каждый раз причина была одна и та же. Другой работорговец покупал Курканов прямо перед тем, как им удавалось освободить их.
Это уже третий раз, когда они упустили такую возможность, при том, что все произошло за довольно короткий промежуток времени.
— Должно быть кто-то движется на шаг впереди нас.
Хабан крепко сжал кулаки, услышав заключение Ишакана. Король Курканов поспешил успокоить подчиненного,чье самолюбие было задето:
— Это не твоя вина, Хабан. Все лишь потому, что в дело, вероятно, вмешиваются Томари.
Трудности в работе доставляли цыгане, которые тоже охотились за работорговцами. Тем не менее, Хабан сделал все, что мог.
— В данной ситуации проблема кроется далеко не в отсутствии у тебя навыков. Скорее в том, что кто-то другой действует на опережение. Они передвигаются быстро, и это позволяет им избежать нашей хватки, — Ишакан, казалось, глубоко задумался.
— Я не знаю, что это за работорговцы. Как насчет того, чтобы сначала разобраться с этими парнями? — Хабан достал сигарету и сунул ее в рот.
Выпустив дым, он продолжил:
— Как нам найти их?
— Действовать быстрее.
Глаза Хабана расширились от шока. Он озадаченно посмотрел на Дженин и осторожно переспросил:
— ...У тебя все хорошо? Мы и так работаем настолько быстро, насколько можем, сохраняя при этом осторожность в своих действиях.
— У нас нет выбора. Мы должны оказаться внутри аукционного дома и найти их там. Для этого надо обязательно прийти по крайней мере за час до них.
Ишакан рассмеялся. Выдыхая дым в темноту, он мог вживую представить, сколько крови прольется при их нападении, как много багряной жидкости окрасит его руки. Дженин, знавшая свирепость короля в сражениях, особенно по отношению к людям, поработившим их род, посмотрела на него, подняв брови.
В ответ Ишакан произнес тоном, от которого воздух стал еще холоднее:
— Что? Ты же знаешь, что я хорошо владею собой, верно?
***
Первое заседание Совета Кабинета министров после приветственного банкета Курканов. Только Лия присутствовала на встрече от имени правящей семьи. Король заявил, что устал, а наследный принц не пришел, потоскольку занимался охотой. Однако подобное было частым явлением, так что все привыкли к его отсутствию.
Заседание поглотила тяжелая атмосфера. Сгустившийся воздух настороженности и неловкости был настолько ощутим физически, что казалось, его можно порезать ножом. Министр финансов Лоран глубоко вздохнул и откашлялся. На лбу так и читалось, что он напряжен.
— Нам необходимо провести реформу нынешней налоговой системы.
В тот момент, когда он произнес вступительную фразу, весь комитет погрузился в хаос. Лия оглядела конференц-зал, непоколебимое пустое выражение лица скрывало ее мысли. Большинство присутствующих членов совета решительно возражали против этой идеи. Заявив, что это полная чушь и реформа бесполезна для экономики Эстии, они в одностороннем порядке выразили несогласие.
— Будет ли законопроект принят или нет, — решится после заключения мирного договора. Сегодня разъяснения в отношении реформы...
По мере того как министр финансов продолжал, настроение, повисшее в зале конференции, становилось все мрачнее. Каждый глубоко погрузился в свои мысли, ломая голову над тем, как поступить с мирным договором. Это хрупкое сотрудничество в любой момент могло оказаться расторгнутым неблагоприятно для Эстии.