Кейт какое-то время пыталась следить за его действиями, чтобы самой почерпнуть каких-то давно утраченных знаний, но вскоре сдалась и просто, как и все ждала, когда специалист сделает своё дело.
Мартин довольно быстро разобрался с шаттлом, но радость на его лице как-то быстро сменилась довольно хмурым выражением.
— Том, — тихо позвал он. — Перед отправкой… можно мне кое-что сделать?
— Мне жаль, что с твоими друзьями так вышло, — сказал Том, когда они с Мартином ненадолго вернулись в помещение с капсулами криосна.
— Да, мне тоже… — ответил учёный, слегка изменившимся голосом. — По правде сказать, они не были мне настоящими друзьями, скорее, просто коллегами… Но я всё равно чувствую себя паршиво, когда гляжу на них и понимаю, что им уже никогда не проснуться.
Всех, кто не пережил заморозку, решено было оставить прямо в капсулах. Всё равно хоронить их некогда, да и негде. А здесь, под землёй, их тела останутся в недосягаемости для падальщиков и мародёров.
— Если подумать, то это странно, — неожиданно сказал Мартин, когда Том уже собирался уходить.
— О чём ты?
— Такой маленький процент выживших.
— Всё-таки четыреста лет прошло…
— Ты не понимаешь, — Мартин наморщил лоб, внимательно вглядываясь в крышки капсул. — Эти штуки по идее рассчитаны на неограниченное количество лет. Конечно, у всего есть свой срок, но наши расчёты говорили о тысяче лет, минимум…
— С расчётами всегда так. Да и потом, те, кто продавал вам эти капсулы, наверняка приукрасили все показатели.
— Пожалуй… — Мартин тяжело вздохнул и отвернулся от своих коллег. — Теперь уже не важно. Случившегося никак не изменить.
Они оба вернулись в командный центр, где Ник продолжал работать за мониторами. Том подошёл к нему, и немало удивился, когда понял, что учёный просто сидит и смотрит в одну точку экрана.
Сначала он подумал, что Нику стало плохо, но оказалось, что дело совсем в другом.
— Взгляни на это, Мартин. Взгляни на эти показатели, которые я запросил. Мне стало интересно, если всё ещё функционирует эта лаборатория, то не могут ли работать и другие… На сигнал откликнулись две автоматические станции. Обе без людей, но ещё худо-бедно работают. Я запросил у них всю статистику по планете, которую они продолжали записывать… Ничего необычного, в общем-то. Если не считать вот этого показателя.
— Этого не может быть, — лицо Мартина менялось на глазах. — Не может быть, — он несколько раз перепроверил одни и те же данные, но результат оказывался неизменным.
— Может, — Ник одарил его абсолютно безумным взглядом.
Теперь уже все собрались около монитора, однако лишь учёные могли в полной мере разобраться со всеми показаниями, которые там были. Том начал терять терпение и почти что силой развернул к себе Мартина.
— Может, поделитесь вашим открытием с остальными? — потребовал он.
Мартин нервно мотнул головой, но всё же ответил.
— Когда Ник прокладывал маршрут, он обнаружил кое-что в данных… Вы сказали нам, что с момента катастрофы прошло четыреста лет… Не думаю, что вы бы стали обманывать нас намеренно, а значит, и сами просто не знали правду.
— Ты можешь говорить яснее?! — вмешался Ирвин. — Наши подсчёты со временем неверны? И что? Сколько прошло на самом деле?
— Почти пять тысяч лет…
Никто ничего не говорил. Все молча смотрели друг на друга, боясь нарушить молчание.
— Слушай, — наконец, начал Том. — Я понимаю, для всех нас это большое потрясение. Но в текущей ситуации, да и вообще, разве это что-то особо меняет?
— Ты серьёзно? Действительно не понимаешь, что это меняет?! — глаза Ника сделались ещё более безумными. — Да всё, чёрт побери! Четыреста лет для решения такого глобального вопроса, как нашествие монстров из другого мира — в принципе, не так уж много. По нашим расчётам, тот разлом на дне океана должен был начать закрываться через пару сотен лет, а через шестьсот-восемьсот и вовсе полностью исчезнуть. Но, если этого не случилось через пять тысяч лет, то, скорее всего, уже не случится никогда. У людей нет шансов! Теперь ты понимаешь, что это меняет?
— Мы всё равно уже ничего не можем сделать, — мягко проговорил Мартин, кладя руку на плечо коллеги. — Пожалуйста, Ник, давай попытаемся успокоиться.
— Мы сотворили величайшее зло в истории планеты Земля. Как мы можем после этого успокоиться?! Дело даже не в людях, Мартин. Человечество — лишь один из многих видов. Но эти монстры уничтожили, или со временем уничтожат вообще всю здешнюю фауну. Никто, кроме них здесь больше не будет жить.