– Я... Мне нужно было выйти по делам.
– Но как вы вышли? Дверь всё так же была заперта!
– Эээ... она была открыта, когда я выходила и наверное, захлопнулась... и закрылась...
Боооже... какой я бред несу, могла что-то и поадекватней придумать, но времени как-то не было об этом думать. Врать совсем не умею. В такое конечно, только дурачок бы поверил, чем меня Ирис и удивила, или ей было просто всё равно?
– Ладно. Сейчас быстро идёмте со мною, надо вас привести в порядок к вечеру. – зашла обратно торопливая мисс.
– Иди! Всё будет хорошо – легко подтолкнула меня за плечи Оливия.
– Спасибо...
Пока Ирис занималась подготовкой, чтобы меня покормить, выкупать, одеть, я в это освободившееся время стала скрывать улики моего вчерашнего побега, надеясь на то, что Ирис не проверяла балкон. Хотя, моё орудие побега так свисает с банкончика, что грех не заметить. Но ко мне пока, что с допросами не приходили. Свой самодельный свисающий канат я отвязала и скрутила, закинув под кровать, чувствую, что он мне ещё пригодится. Здесь меня ничто не держало, чтобы добровольно остаться. Да, тут ужасно красиво, просто выходит за пределы разумного, но на этом всё положительное и заканчивается. Я уже скучаю по родительскому дому, по самим родителям, своему миру и обыденной жизни.
Я подошла к маленькому накрытому столику и присела на подушки. Еда была очень вкусная и необычная для моего обычного рациона, что отвлекло меня от прочих мыслей. Эта страна я так поняла, не была скудной и негостеприимной, потому, что на столике было немало различных блюд, соусов, напитков и фруктов, которые были экзотичны для меня. Некоторые очень даже узнаваемы. Такие как виноград, яблоки, финики, арбуз, слива. Вдоволь насытившись вкусной едой, я ушла принимать ванну. Расслабившись в тёплой и пахнущей цветами водой, я всё стала обдумывать... Не хотелось бы бросать Оливию. Она очень хороший человек, всегда с момента встречи рядом со мной и вроде как оберегает.
Одели меня еще хуже, чем вчера, но в этот раз сделали причёску, нацепили кучу украшений, легко накрасили, что смотря в прямоугольное ажурное зеркало, которое было в два метра, не могла узнать саму себя. Я себя с такой стороны, ещё никогда не видела. На меня смотрела настолько соблазнительная женщина, что не будь это я, то сказала бы, что у такой женщины, наверно очень много мужского внимания.
Обратив своё внимание на свой медальон, который Ирис хотела снять, но я не дала, потому, что я помнила слова Оливии. Нельзя его снимать. К счастью, родимое пятно хорошо было спрятано, а подвеску, я даже не собиралась снимать. Я очень на самом деле за неё переживаю и бережно отношусь, как бы то ни было, это подарок родителей, которые ещё меня и защищает. Было рисковано в тот роковой день идти плавать в ней, что б не потерять, но как хорошо оказалось, что она со мной. Перламутровый наряд облегал все, что надо места, заставляя меня краснеть от этого бесстыдства. Хорошо, что хотя бы мои длинные распущенные волосы слегка прикрывали спину и грудь.
– Я никуда не пойду! – сделала свой вывод. Мне стыдно выходить в таком на люди.
– Это решать не вам – снова это ответила Ирис.
Солнце уже зашло, а значит, пора на торжество. На него я шла как на казнь, так волновалась, что чувствовалась лёгкая тошнота и тяжесть в животе, прямо как на парах, при устных ответах. Да, я ужасно в себе неуверенная и ужасная трусиха, но как бы я не хотела быть выше этого, саму себя не обманешь. Когда Ирис ушла, оставив меня при арочном входе в огромный наполненный людьми зал, с большим количеством развлекающихся душ, среди которых, мужчин было гораздо больше, чем женщин. И вот случилось то, чего я больше всего боялась. На меня устремилялись многие взгляды, в основном тех, мимо которых я проходила. Из-за своей внешности, которая отличалась от их, я понимала, что для некоторых я выделялась, а для других не была удивлением, например для тех, кто тоже был прибывший сюда с других точек мира. Как мне было жутко, что даже ноги начали подкашиваться, спасло меня лишь то, что кто-то со мной заговорил, отвлекая моё внимание от множества глазеющих.
– Значит, ваша удачливость вас подвела.
Справа от меня выглянул мужчина, который, вчера, так усердно пытался мне помочь. Он был высок, одет как многие присутствующие мужчины на этом пире, а его улыбка была такая забавная и заразительная, словно он умилялся тем, что у меня ничего не вышло.