Она хочет, чтобы он разделся? Ударит ли она его, если он сделает то, что она хочет?
Он скинул ботинки, стянул джинсы и откинул их в сторону. Оставшись в носках, он стал ждать. Она холодно улыбнулась и направилась к нему. Она развернула его лицом к стене.
Он почувствовал, как три прохладных кожаных хлыста прошлись по его спине, ягодицах, между ног, щекоча его яйца и снова наверх по спине к плечам. Она ударила его раз, затем второй, прямо между лопаток. Сладкая, долгожданная агония. Его член дернулся в одобрении.
Но она не продолжила. Что-то холодное коснулось его шеи. Ошейник? Она что, серьезно решила сделать из чего чертову собаку? Агги прижалась к нему, так чтобы ее роскошная грудь коснулась его спины. Она скользила кончиками хлыста вверх-вниз по его животу. Он напрягался каждый раз, когда кончики хлыста касались члена. Но потом он расслабился, сосредоточившись на ощущениях. Он даже не заметил наручники, прицепленные к его ошейнику, пока она не пристегнула его левое запястье.
Свободной рукой Джейс потянул за ошейник, пытаясь снять его. С него хватит, у нее нет никакого...
Она ударила хлыстом по его заднице. Он замер, наслаждаясь внезапной болью. О, да.
Именно это ему и нужно. Она наносила удар за ударом, пока он не подошел к стене и не прижался к ней лбом. Именно в этот момент она пристегнула вторую руку. Сейчас, когда обе его руки были скованны и бесполезны, она резко дернула за ошейник, разворачивая его лицом к себе.
— Ты больше не посмеешь выказывать мне свое неуважение, — прорычала она.
Брови Джейса взлетели вверх. Неуважение? О чем она говорит?
— Я всегда главная.
Ага. Хорошо, она главная. Интересно, она еще будет его бить?
Прицепив поводок к его ошейнику, она вывела его на центр комнаты. Его первым порывом было сопротивляться. Это желание усилилось, когда она потянула его вниз, желая поставить на колени. Он был вне себя от такого обращения.
Агги нависала над ним, глядя на него с легким недоумением в этих красивых голубых глазах.
— Тебе действительно это не нравится? Когда я обращаюсь с тобой как с собакой?
Джейс покачал головой.
— Хм. А я думала, ты только изображаешь из себя крутого парня. Но на самом деле, тебе нужно, чтобы я просто причинила тебе боль.
Джейсу хотелось закричать «Я каждый раз только об этом и говорил», но он не мог, во рту у него все еще был кляп.
— Хочешь, чтобы я тебя освободила?
Он кивнул.
— Жаль, но я должна преподать тебе урок.
«Почему?», — хотел спросить он. Но изо рта вырвалось только мычание.
— Ты заставил меня подчиниться себе, и как только ты кончил, ты вышвырнул меня.
Даже не кончил мне в рот.
Его смутили стоявшие в ее глазах слезы. Он не вышвыривал ее. Он весь день только и делал, что думал о ней. Даже не беспокоился об операции Трея и его дальнейшем выздоровлении. И откуда ему было знать, что она хотела, чтобы он кончил ей в рот.
Большинству женщин это не нравиться. Он вытащил член из вежливости, а не в качестве наказания в дурацкой игре в подчинение. Что она себе напридумывала?
— Ненавижу тебя за то, что заставил так себя чувствовать, — сказала она.
Она толкнула его на спину.
— Та глупая, жаждущая, и хныкающая размазня, это не я, Джейс, — она посмотрела ему в глаза. — И в следующий раз ты кончишь мне в рот. Ты меня понял?
Сейчас он был рад кляпу во рту, иначе он бы просто рассмеялся над ее командами.
Глупая женщина. Для этого не нужно было связывать его. Но он согласно кивнул, делая ее счастливее. Или даже себя, он не был уверен кого именно.
Опустившись перед ним на колени, Агги взяла его член в рот. Его тело дернулось.
Одной рукой она массировала его яйца. Другая нежно сжимала основание члена, пока она сосала головку, а после проталкивая его как можно глубже. Она помнила ритм, который недавно опробовала на нем, брала его целиком, а затем вытаскивала, повторяя это снова и снова. Он стонал в кляп, пристегнутые к ошейнику руки сжались в кулаки. Такое сильное удовольствие было неправильным. Он закрыл глаза и позволил ощущениям завладеть собой.
Потягивание. Тепло. Трение. Влага. Как она сжимала его. Его оргазм наступил за считанные минуты. Ее доминирование над ним, и признание того, как он делал ее слабой — тоже сыграли свою роль, доведя до блаженного конца. Его тело напряглось, и она задвигала головой быстрее. Он излился в ее рот с протяжным стоном, тело расслабилось, и он позволил себе забыться, наслаждаясь счастливой капитуляцией. Она позволила его сперме заполнить ей рот, прежде чем она проглотила все, до последней капли. Он лежал на холодном полу, подергиваясь от испытанного наслаждения, пытаясь восстановить дыхание, втягивая воздух через нос. Она подняла голову и смотрела на него в течении пары минут.