Так, ко дню приезда Эдгара Линтона я уже ждал, когда он переступи порог Торнфилд-холла, ждал нетерпеливо, всей душой мечтал приблизить эту минуту, как с замиранием сердца ждут прихода возлюбленной. Как ни силился я побороть это нелепое чувство, я жаждал изничтожить Эдгара Линтона не ударом моего тяжёлого кулака, но ураганным объятием моей мятущейся души.
8
Эдгар Линтон приехал-таки в Торнфилд.
Мы столкнулись в коридоре, глаза наши встретились. Вопреки моим ожиданиям, солнце не померкло и звёзды не обрушились с небес; вселенная продолжала вращаться как и в чём не бывало. Однако в тот миг, когда он впился в меня глазами, я понял: моя жизнь вступает в новую фазу.
Весь день до его приезда я прождал у окна в библиотеке. Наконец заскрипел гравий; перед домом остановилась роскошна карета. Эдгар вылез первым — тёмный костюм оттенял сияние его белокурых волос. Он стоял ко мне спиной, помогая сперва подагрику-дяде, затем — богато разодетой блондинке, по всей видимости, его тётушке. Полковник Дэнт что-то сказал, и Эдгар с улыбкой обернулся. Солнце ярко осветило его лицо. Сладостно-горькие воспоминания обступили меня: Эдгар Линтон был красив, как всегда, золотоволосый, с правильными чертами лица — в точности такой же, каким заходил к тебе вечером накануне моего побега. Неудивительно, что ты им восхищалась — даже я со смешанным чувством любовался точёным профилем молодого человека, тем изящным наклоном головы, с которым он вёл к дому свою тётушку. Но как и неделю назад, стоило мне только вообразить его (уж не колдун ли какой навёл на меня чары?), так и сейчас сквозь его облик проступали милые черты, каждое его движение напоминало о твоей несравненной пластике. Неужели Эдгар столько времени проводит с тобой, что перенял твои жесты, твои манеры? Или таинственным алхимическим превращением часть твоей души передалась ему, твоему мужскому двойнику, столь же щедро одарённому природой? Я не мог решить — если меня околдовали, то прочно.
Теперь мы стояли в прихожей лицом к лицу. Мистер Эр здоровался с друзьями. Эдгар ждал, разглядывая дом, как всякий новый посетитель. Я не сводил с него пристального взгляда. Сколько прекрасных видений пронеслось передо мной, умножаясь каждым взмахом его ресниц, каждым движением руки! Словно мы с ним стояли не между сыплющих французскими словечками, расфуфыренных господинчиков в зеркальной прихожей, но в дымной, подсвеченной медью кухне Грозового Перевала, где Нелли и Джозеф суетятся у огня, и дивное, страшное присутствие — ты — возмущает воздух между нами.
Сперва он безучастно скользнул по мне взглядом. Два удара сердца — и он резко обернулся. Брови его поползли вверх, он онемел. Я свирепо смотрел ему в глаза, мысленно уговаривая его молчать.
В эти напряжённые секунды я увидел себя его глазами: черноволосый, похожий на мавра дикарь с дерзким взором, неизвестно где раздобывший превосходный винного цвета бархатный костюм и расшитый золотом жилет — за этим обликом в сознании Линтона проступал нескладный тощий цыганёнок в заляпанных грязью кожаных штанах, чьей обязанностью было держать пони мисс Эрншо, покуда наездница любезничает со своим Эдгаром. Упомянутый конюх исчез год назад, очевидно, к радости Эдгара: его присутствие омрачало ухаживания Линтона за мисс Кэтрин Эрншо, так что без него стало куда лучше. И вот это уродливое лицо, только отмытое и оправленное в тонкое кружево, обнаруживается в сельском помещичьем доме.
Думаю, сперва он не поверил своим глазам и отвёл взор, убеждая себя, что это просто редкое сходство.
Но не выдержал и обернулся, тревожно взглянув на меня. Всё-таки мои черты были слишком хорошо знакомы ему, он видел меня куда чаще, чем остальных присутствующих. Он не мог не заключить, что это действительно я, Хитклиф. К тому же на моей физиономии было ясно написано, что я-то отлично его знаю. Он изменился в лице… заговорил… но тут мистер Эр взял меня под руку и представил Дэнтам.
— Позвольте познакомить вас с моим племянником, Хитклифом — Эдвардом Хитклифом. Как видите, он мой тёзка; во избежание недоразумений мы в семье зовём его по фамилии.
Стройная улыбчивая блондинка протянула мне руку, и я вынужден был выполнить весь вежливый ритуал, которому меня так долго учили. Я склонился над её рукой. Мистер Эр представил меня полковнику Дэнту, осанистому военному с широким веснушчатым лицом в белом завитом парике.