Десять стихотворений неизвестной поэтессы, подписанные псевдонимом Психея (так называлась и вся книга), были обнаружены в пачке старых рукописей в 1964 году. Дальнейшие поиски оказались еще более плодотворными — в 1970 году разыскали остальную, значительную часть ее творческого наследия. Стали известны имя и необычная биография автора стихотворений, вошедших в книгу «Психея».
Настоящее ее имя было Эржебет Лоньаи, родилась она 27 января 1795 года в Надьлоньаи. Отец ее был знатного происхождения, одним из самых богатых вельмож бывшей венгерской области Парциум. В его роду значились кастеляны и гетманы, однако Габсбурги, после присоединения Трансильвании, признали за семьей Лоньаи лишь право на графский титул.
Мать, Борча Нири — дочь цыганки, происходила, по-видимому, от цыганского короля Синдела и называлась королевной. После того, как ее удочерил один из графов Маилат, ее стали звать Борбалой Маилат.
В 1789 году венгерский вельможа женился на цыганской королевне. Жили они не только на доходы воображаемых владений: Янош Лоньаи был астрономом и астрологом, а Ворча музыкантшей, игравшей на цим- бале, рояле и органе. Неудивительно, что старшую дочь они назвали. Анна Урания Эрато, а вторую — Эржебет Мария Психея. «Причудливая мать нарекла меня Психеей в качестве третьего имени», — скажет позже поэтесса.
Супруги Лоньаи какое-то время были счастливы с двумя смуглыми дочками, увлекались искусством и науками, и дни текли незаметно и беззаботно.
Случилось, что знаменитый скрипач цыган Янош Бихари остановился как-то погостить на пару дней у православного священника в Надьлоньаи. С тех пор стал сюда наведываться. Вместе с Борчой они часто музицировали. В семье начались ссоры, радость ушла из дома. Наконец в 1798 году произошел разрыв — скрипач увез Борчу с младшей трехлетней дочкой в Мишкольц, где у него был дом. Жить, однако, было не на что. Бихари приходилось непрерывно разъезжать, выступать в Пеште, в провинции и за границей. Домой он наведывался все реже, а потом и вовсе перестал приезжать. Лишь изредка и весьма неаккуратно присылал деньги. В 1801 году мать Психеи внезапно умерла в возрасте 32 лет. Шестилетнюю осиротевшую девочку взял к себе старый цыган Тодор Мишкоци, родственник Бихари. Между тем ее отец женился на графине Шарлотте Некипперг-Монтенцово, родившей ему двух сыновей Пала и Габора. Психея называла их Палчо и Габо.
Неизвестно, что бы с ней стало, если бы не родственник граф Йожеф Дешефу, поэт и политический деятель из Кошице, знавший Психею с раннего детства и считавший себя в некотором роде ответственным за ее судьбу. Он решил поместить девочку в баварский монастырь Св. Екатерины в Регенсбурге, существовавший главным образом на средства венгерских аристократов и одним из основателей которого являлась семья Лоньаи.
Но до того как попасть туда, Психее пришлось жить в семье сапожника Дёрдя Надя. В это время она встретилась с Ласло Тоотом, будущим поэтом, впоследствии незаслуженно забытым. Он учил Психею читать и писать, стал другом ее детства и первой любовью. Каждый из них позже опишет то время в стихах и прозе.
После жизни в монастыре, где она провела три года (с 1804 по 1807), познав все строгости затворничества, Психея вновь оказалась у отца в родовом имении. Но пробыла она здесь всего несколько месяцев. Отец, разбитый параличом, превратился в жестокого домашнего тирана. Тогда Психея бежала к старшей сестре, ставшей к тому времени женой графа Агаштона Халлера. В имении, где они жили, Психея написала свое первое стихотворение — колыбельную песню, посвященную братику Габо. Ей было тогда тринадцать лет.
Из стихов и воспоминаний, написанных впоследствии, известно, что Психея училась в частной школе и была влюблена в студента. Признается она и в том, что стала любовницей мужа сестры.
В стихотворении «Неразумный» она расскажет, что сошлась с Агаштоном в тот момент, когда тот думал, что жена его умрет при родах. Горько сожалеет она о своем собственном ребенке, «который никогда не родится». «Плачет бутон розы…» В дневнике она прямо обвиняет в этом мужа сестры, заставившего ее избавиться от ребенка.
Любопытно стихотворение «Акростих», где она напоминает, что Иаков после Лии взял себе Рахиль и была она красивее и добрее. Первые буквы каждой строки этого стихотворения, если читать их сверху вниз, дают имя Агаштон, после чего следуют две буквы «п» и «с» — возможно, намек на тайну или первые буквы ее имени.